Газолин - Виктория Голубева Страница 60

Обнимаю их с племянником, потом беру шлем и иду в гараж. Там меня уже ждут.

С каждым шагом оставляю позади терзающие меня эмоции. Все, кроме злости. Она поможет мне сегодня.

Надеваю шлем. Опускаю визор, отрезая себя от людей вокруг.

Время погоняться.

* * *

Я влетаю в комнату отдыха и со всей силы швыряю шлем о стену.

Проклятье домашней гонки! Как еще объяснить, что я даже не вошел в десятку? Р11?!

Многие гонщики скажут: Р11 – не конец, вполне нормальный результат, но для них это не первый сезон. Мне нужно показать, на что способен.

Бью кулаком в дверь. Боль пронзает руку, но я не обращаю внимания. Она отрезвляет.

Нужно прийти в себя. Впереди интервью и пресс-конференция. Я обязан быть в форме.

Я рычу и со всей силы тру лицо ладонями. От моих результатов зависит все: мое будущее, будущее семьи и Себби. А я по-королевски облажался.

Эмоции. Всегда эти чертовы эмоции. Они толкают на ошибки, которых я не могу себе позволить. Когда два часа мчишься по трассе со скоростью триста километров в час, важно держать фокус. А сестра, которая требует денег, пытается увезти племянника и, возможно, сидит где-то на трибунах, следя за каждым твоим движением, этому точно не способствует.

Злость заставляет действовать необдуманно. Хуже оценивать риски.

Неудачный обгон стоил мне переднего антикрыла. Двадцать секунд на замену во время пит-стопа – и вот я одиннадцатый.

Пинаю шлем, и он отлетает в дальний угол комнаты.

* * *

Отвратительный день подходит к концу. Хвала небесам. После всех необходимых встреч с командой и прессой я, наконец, в отеле. Сил нет ни на что – будто из меня вынули все внутренности.

Принимаю долгий горячий душ, и становится полегче. Выхожу из ванной, натягиваю тренировочные штаны и серую футболку.

Скоро придут родители с Себби. Мы редко видимся из-за моего расписания, так что глупо не воспользоваться тем, что мы в одном городе.

В гостиной моего огромного номера уже частично накрыт стол. Поужинаем здесь – идти куда-то выше моих сил. Лимит участливых взглядов и вопросов о провальной гонке на сегодня исчерпан.

В дверь стучат.

К моему удивлению, за порогом не обслуживание номеров и не родители, а девушка – смутно знакомая брюнетка. Я оглядываю ее. Неплохо. Горячая штучка.

— Привет, Хантер. Не уверена, что ты меня помнишь… Мы тусили в клубе в Монако пару недель назад. Я оказалась неподалеку и решила зайти… поздороваться.

На ней мини-платье. Мой взгляд скользит по ее бесконечным ногам: от туфель на шпильках до края юбки. Черт, хороша.

На автомате улыбаюсь гостье уголком рта и опираюсь рукой о дверной косяк – так, чтобы лучше был виден рельеф мышц. Она демонстрирует себя, а я себя.

В этот момент официанты подкатывают тележки с ужином и замирают, не решаясь нас прервать. Я киваю и отхожу в сторону, позволяя им войти.

Что делать с этой девчонкой? По-хорошему, ни к чему не обязывающая ночь – именно то, что мне нужно. Быстрый дофамин всегда помогает. Но вот-вот приедут родители, и их наверняка удивит девица, выходящая из моей спальни. Да и не привык я торопиться.

А она улыбается все шире.

Тут один из лифтов сообщает о прибытии мелодичным сигналом. Я машинально бросаю взгляд в его сторону. Двери разъезжаются, и наружу выходят двое. Сиена одна из них.

Она смеется над чем-то, что говорит парень рядом с профессиональной камерой в руках.