Родовое гнездо - Эльхан Аскеров Страница 66

— Ежели мы их тут не осадим, и думать более не о чем будет, – отмахнулся парень. – Много их больно.

— Ништо, брате. Теперь уж легче будет. Почитай полторы сотни положили, – примирительно вздохнул Елисей.

— Казаков молодых в степь слать надобно. Пусть вокруг всё обложат, чтобы и мышь не проскочила, – не унимался Беломир. – Что степняки? – снова повернулся он к Григорию. – Весточку подал?

— Подал. Следопытов своих послать решили, – вздохнул казак, чуть скривившись. – Не поверили.

— Оно понятно, – отмахнулся Беломир. – Я б тоже решил, что это уловка чья.

— Ништо. Думаю, скоро сами всё увидят, – зло усмехнулся Григорий. – Я только одного никак в толк не возьму. С чего вдруг они так против нас ополчились?

— Чернецы их на нас травят, словно псов. Который раз уж пробуют нас со свету сжить, – махнул Беломир рукой. – У степняков теперь свои беды, вот и решили тихой сапой сами управиться. Потому и решили частями по степи пройти, чтобы кочевники не приметили. А нам то на руку.

— То верно. Частями их бить сподручнее, – хищно усмехнулся Елисей.

— Главное, чтобы где в степи не соединились. Вот тогда туго нам придётся. Силу они большую собрали, – продолжал развивать парень свою мысль. – Потому и говорю, нам их приметить нужно прежде, чем другие появятся.

— Покоен будь, друже. Приметим, – кивнув, твёрдо пообещал Елисей. – Сам казачков гонять стану. Пусть хоть живут в степи, а ворога мне найдут.

— Добре, – устало кивнул парень.

— Ты б поспал, друже, – заметив его состояние, предложил Елисей. – Всё одно нам теперь только ждать осталось. Сам сказал.

— И верно. Передохни, – согласился с ним Григорий. – А случись чего, так и разбудим. Я вон сейчас к тебе казачка молодого приставлю, заместо стремянного. Пусть присматривает.

— Сам решай, – отмахнулся Беломир, не имея сил ни спорить, ни что-то доказывать.

Сдвинув седло поудобнее, парень улёгся и, накрывшись буркой, моментально уснул, словно провалился. Сидевшие у костра характерники молча переглянулись, понимающе усмехаясь. Они его состояние понимали прекрасно. Сами частенько валились с ног после долгих переходов по степи в обороте. Жестом подозвав к себе молодого паренька из казачков, что были взяты в этот поход как вспомогательная сила, Григорий шёпотом поставил ему задачу, тыча пальцем в спящего парня.

Кивнув, казачок быстро смотался куда-то на другой конец лагеря и, прихватив свои пожитки, вернулся к костру. Присев рядом с кошмой, служившей Беломиру постелью, паренёк задумчиво покосился на спящего и, не удержавшись, тихо спросил:

— Дядька Гриша, а чего он вам?

— Я те дам чего… – моментально вспыхнул Елисей.

— Погоди, брате, – осадил его казак. – Дай скажу. Не то так и станут промеж себя байки придумывать.

— Добре, – махнул Елисей рукой, остывая.

— То, сынок, не просто так казак, а характерник, которого промеж нас ещё не было. Он не телом, он духом над землёй летать может, потому как род его Кречетом зовётся. И сил тот полёт у него отнимает столь много, что не угляди, тут и помрёт. Оттого и велел тебе приглядывать, к тому же знает он много такого, про что мы тут и не слыхали. Тюфяк его видишь? – ткнул он пальцем в лежащее рядом с парнем ружьё. – Сам нашёл, как сделать, и в деле его я сам видал. Да и не только я. И будь у нас тех тюфяков хоть сотня, войско княжье к станам нашим и не пробовало б подойти.