Родовое гнездо - Эльхан Аскеров Страница 68

— Сколь повторять, в таких делах завсегда у меня помощи попросить можно. Я ж пращур ваш, а значит, в деле воинском завсегда помогу. К тому же вы мой передел боронить взялись.

— Выходит, ты знаешь, где сейчас враг? – растерянно пролепетал парень.

— Знамо ведаю.

«Ой дебил! – взвыл Беломир, мысленно хватаясь за голову. – Он же даже весточку от характерника передать может. Да уж, если родился дураком, никакое образование не спасёт».

— Не журись, – послышался ироничный совет. – Знаю, что прежде завсегда сам управлялся, потому и не просишь. Не сержусь. Ладно, хоть в бою меня поминать не забываешь.

— Прости, батюшка. Да только у нас говорят, что привычка вторая натура. Вот и живу, как привык, – повинился парень.

— Сказано, не сержусь. Уймись. А ворог наш в двух дневных переходах от предгорий теперь. Частями идут. Верно ты сказал, есть у них проводник, да только один на всё войско. Потому и приходится им, разными путями идя, на подходе в одну дорогу собираться, чтобы к той тропе выйти.

— Батюшка, а сам я их увидеть могу? – решившись, спросил Беломир.

— Слаб ты пока для такого полёта, – чуть помолчав, тихо ответил голос. – Тебе прежде научиться многому надобно.

— Так научи. Сам сказывал, врагов у нас много, и спокойной жизни они нам не дадут.

— То так. Не будет вам покоя, – грустно вздохнул голос.

— Так научи. Всё одно ж тебе служим. Выручай, – едва не взмолился парень.

— Торопишься ты, вой. Для такого дела тебе прежде уверовать надобно.

— Во что? – не понял Беломир.

— От дурень, – фыркнул голос. – Да в меня. Кто ж тебя ещё такому научит да присмотрит?

— М-да, чего-то у меня сегодня с думалкой совсем плохо, – растерянно проворчал парень, в который уже раз обозвав себя ослом. – И как мне это сделать? Как уверовать человеку, который никогда ни во что не верил? Я всю жизнь прожил, только в себя веря. Только в себе силы ища.

— Знаю, – в очередной раз вздохнул пращур. – Но чтобы уверовать, надобно вокруг себя оглядеться. Который год под рукой моей живёшь, а всё никак не хочешь понять, что без помощи моей и половины б не добился. Даже дитя уже нажил, а всё не веришь.

— Выходит, без веры никак? – мрачно уточнил Беломир.

— Сам подумай, что вообще без веры получается? Ты ведь прежде, когда руками драться учился, веровал. Вспомни.

«Твою ж мать! Нет, я точно дебил, – снова взвыл про себя парень. – Всё верно. На тренировках нам всё время твердили, что перед ударом нужно поверить, что предмет хрупкий и расколется. Мы ж так кирпичи кололи, когда на разряд сдавали».

— Понял, – одобрительно буркнул голос. – Вот и не забывай о том. И помни. Пока не уверуешь, ты будешь слово птенец слёток. Вроде и летает, а долго в небе держаться не может, сил не хватает. А с верой словно сокол полетишь.

— Я не сокол, я кречет, – автоматически буркнул Беломир, проваливаясь в сон без сновидений.

* * *

Вторую сотню парень приметил на подходе. Примерно в суточном переходе от места, где тропа уходила в леса предгорья. Моментально сообразив, что это их очередной шанс, Беломир поднял всю ватагу по команде в ружьё и, приказав прихватить орудия, повёл в сторону степи. Буквально тыча пальцем в нужные места, он лично расставил орудия, быстро объяснив пушкарям, что именно нужно делать, принялся расставлять казачьи полусотни.