Печатница. Генеральский масштаб - Алена Шашкова Страница 70

Я сжала под столом кулаки и подняла на него самый строгий взгляд, на который была способна в этом теле.

— Все, кто хотел, уже ушли, — произнесла я. — Вашей милостью, дорогой дядюшка. А в тех, что есть, я уверена. Как и в том, что мы справимся с заказом от его превосходительства.

Карл сдал челюсти. Чашка звякнула о блюдце.

— Ты не понимаешь, во что ввязалась, Варвара, — процедил он. — Одно дело — напечатать масленичный пустячок, совсем другое — брать на себя военный заказ. Если ты сорвешь срок, это будет скандал. И тогда, уверяю тебя, даже мне будет трудно защитить тебя от последствий.

— А вы сейчас, конечно, защищаете, — спросила я.

— Не надо делать из меня врага, — устало произнес он. — Я, быть может, единственный человек, который еще пытается спасти тебя от тебя самой.

— Нет, дядюшка, — сказала я тихо. — Вы пытаетесь извлечь из этой ситуации пользу для себя.

— А если и так? — усмехнулся он. — Что же тут постыдного? В руках взрослого, опытного мужчины это дело хотя бы не погибнет от нелепого упрямства.

— Дело? Типография? Или место под кабак, которое вы уже мысленно сдаете внаем?

— У Фридриха слишком много долгов. А у тебя — слишком мало поддержки. Кто за тебя вступится? Но если ты сейчас, пока не поздно, передашь мне ведение дела, — он намеренно проигнорировал мой вопрос, — я сумею уладить все проблемы.

Я смотрела на него и думала, что еще немного, и я либо швырну в него чайной ложкой, либо скажу что-нибудь такое, после чего назад дороги не будет уже у нас обоих.

Вновь послышался колокольчик, быстрые шаги Дуни, ее растерянный «ой» и какое-то бормотание. Спустя несколько секунд Дуня, бледная и растерянная, появилась в дверях.

— Анна Викторовна изволили пожаловать.

12.1

Карл забавно крякнул, резко вскочил с места. Стул скрежетнул ножками по полу, звякнула чашка о блюдце.

В столовую, принеся с собой аромат тонкого парфюма, шагнула губернаторша. Морозный румянец на ее бледной коже подчеркивал молодость, однако взгляд… Именно он создавал какую-то изюминку.

Звонко щелкнув, пенсне Карла сорвалось с длинного орлиного носа и повисло на черном шелковом шнурке, раскачиваясь, как маятник. Я, конечно, тоже встала и опустилась в приветственном реверансе.

— Доброго дня вам, Анна Викторовна, — произнесла я. — Позвольте предложить вам чаю с мороза?

— Анна Викторовна! Ваше превосходительство, — Карл, отмерев и вернув себе нормальное лицо, согнулся в подобострастном поклоне, суетливо водружая пенсне обратно на нос. — Какая честь для нашего скорбного дома.

Губернаторша не сдвинулась с места. Ее взгляд оценивающе скользнул по Карлу.

— Барон Лерхен, если не ошибаюсь? — произнесла она ровным голосом. — Насколько мне известно, это дом Федора Ивановича Лерхена и его дочери.

— Разумеется, ваше превосходительство, — ответил Карл, не скрывая тяжелого вздоха. — Я лишь заехал проведать мою бедную, оставшуюся без должной опоры племянницу. Я считаю себя обязанным взять на себя бремя забот об этой хрупкой…

Надо же быть таким убежденным в своей правоте!

— Варвара Федоровна вовсе не производит впечатления особы, сломленной бременем, — возразила губернаторша.

— Видите ли, ваше превосходительство, — Карл развел руками с горькой усмешкой. — Вы — истинный пример благополучия: замужем, в заботе и уважении. А Варвара? Вокруг нее краска, мужики, векселя… Разве об этом должна думать юная девица? Я пытаюсь оградить ее от этого падения, взять дела в свои руки, чтобы спасти хотя бы толику ее репутации. А она совершенно не хочет проявить благоразумие…