Развод с драконом. Невеста без права на крылья - Виолетта Весна Страница 70

Ее слова.

Не украденные.

Принятые.

Впервые Дамиан говорил перед Советом не о ней как о части своей защиты, а о ее праве на себя.

Салкрофт стал холоднее.

— Осторожнее, милорд. Вы повторяете опасные идеи, вложенные в вас после контакта с нестабильной носительницей.

Дамиан медленно улыбнулся.

Не радостно.

Опасно.

— Носительницей чего именно?

Советник слева от Салкрофта зашевелился.

Салкрофт промолчал.

— Вчера она была пустой, — продолжил Дамиан.

— Сегодня нестабильной.

В закрытом приложении — удерживающей.

В вашем хранилище — активным контуром. Выберите, лорд Салкрофт. Я устал от вашей поэзии.

Тарвик в подъемнике выглядел почти счастливым.

— Хорошо сказал, — прошептал он.

— Надо записать.

— Потом, — прошипела Ливия.

Мирена сжимала край панели так сильно, что побелели пальцы.

Ее отец в зале поднялся.

— Лорд Салкрофт, моя дочь находится в резиденции Ровенхольдов?

Мирена застыла.

Салкрофт ответил:

— Леди Острейл временно под защитой Совета.

— Под защитой? — повторил Дамиан.

— Она покинула ваш обряд.

— Она взволнована и могла попасть под влияние той же нестабильности.

Отец Мирены побледнел.

— Моя дочь не должна быть втянута в скандал с бывшей женой Ровенхольда. Наш род выполнил все требования Совета.

Мирена дернулась, будто получила удар.

Арина тихо сказала:

— Не слушайте.

— Он мой отец.

— Сейчас он говорит голосом долгов.

Мирена закрыла глаза на секунду.

Потом отпустила панель и выпрямилась.

— Открывайте, — сказала она Ливии.

— Что?

— Панель. Сейчас.

Тарвик резко повернулся.

— Подождите, у нас был план дождаться удобного момента.

Мирена посмотрела на него.

— Мой отец только что выбрал Совет. Это очень удобный момент узнать, выберу ли я себя.

Ливия вставила нож в механизм.

Панель открылась.

Не громко.

Но достаточно, чтобы ближайшие стражники обернулись.

Пять человек вышли из стены.

В зале Совета это произвело именно тот эффект, которого можно было ожидать от появления бывшей жены дракона, его несостоявшейся невесты, архивариуса, отстраненного магистра и служанки из служебной панели за спиной старших советников.

Несколько секунд никто не говорил.

Потом Тарвик поправил жилет и сухо произнес:

— Прошу отметить: вход через служебный подъемник был вынужденным ввиду незаконного закрытия нижних выходов Башни.

Ливия шепнула:

— Вы серьезно?

— Абсолютно.

Салкрофт поднялся.

Теперь он выглядел не мягким политиком, а человеком, чье терпение впервые треснуло.

— Задержать их.

Дамиан повернулся.

И увидел Арину.

Все остальное на мгновение исчезло из его лица.

Злость. Политика. Совет.

Осталось только облегчение.

Короткое.

Голое.

Такое сильное, что Арине пришлось отвести взгляд первой.

Стражники двинулись к ним.

Дамиан сделал шаг.

— Никто не тронет их.

— Милорд, — сказал Салкрофт, — вы не командуете в Башне Совета.

— А вы больше не командуете моим молчанием.

Его тень за спиной поднялась.

Одно крыло расправилось полностью.

Второе дернулось, удержанное серебряными цепями.

Советники отшатнулись.

Салкрофт увидел это и тут же поднял руку.

— Вот доказательство нестабильности! Родовая форма рвется в зале Совета!

— Не родовая форма, — сказала Арина.

Все повернулись к ней.

Она шагнула вперед.

Серое платье, платок, пыль на подоле, перевязанная рука, папки в руках. Никакой брачной фамилии. Никакой родовой защиты. Никаких крыльев.