Развод с драконом. Я вышла за его палача - Виолетта Весна Страница 71

Мы переждали возле закрытой лавки. Когда я наконец смогла вдохнуть нормально, он вынул платок и подал мне. От смеха потекли слезы, нос замерз.

Пока я промокала глаза, Мартен предложил зайти поесть: рядом пекли лепешки с луком, а он сегодня еще не обедал.

В маленькой пекарне было тепло. Мы устроились на лавке у стены, почти касаясь плечами. Ели с деревянной доски, которую хозяйка положила перед нами, и обжигали пальцы горячим тестом.

Я спросила, что он делает, когда приходит домой и его никто не ждет.

Мартен проглотил кусок, вытер пальцы.

— Зимой первым делом проверяю печь. Потом еда, если не поздно. Иногда сажусь на минуту и просыпаюсь уже в темноте.

— Прямо в одежде?

— Сапоги обычно успеваю снять.

Я представила его в полутемной комнате, с запрокинутой головой, и вдруг очень ясно почувствовала, как много в нем мне еще незнакомо. Я знала его на службе и за нашим столом. Не знала, какое у него любимое место в собственном доме, оставляет ли он книгу раскрытой, ворчит ли утром.

— А если день свободный? — спросила я.

— Смотря что давно откладывал. Иногда работаю по дереву. Бывает, просто иду за стену, пока хватает света. Люблю идти, когда не нужно прибыть к назначенному часу.

— Я почти забыла, как это.

— Раньше любила гулять?

Я кивнула. Вспомнила дорогу за Гроном, по которой ходила еще до рождения Яна.

— Мне нравилось уходить далеко, — сказала я. — Чтобы за деревьями уже не было видно замка. А возвращаться уже голодной.

Мартен подвинул ко мне последний кусок лепешки.

— Эту часть пока можем выполнить.

Я взяла половину, вторую оставила ему. Мы ели, и я разглядывала его профиль, пока он смотрел в окно. На нижней губе осталась крошка. Мне захотелось убрать ее пальцем. От неожиданности я опустила глаза к своим рукам.

Мартен повернулся ко мне.

— Что-то не так?

— Нет.

Он подождал. Я все-таки указала на крошку. Мартен провел по губе большим пальцем, а я подумала, что надо было просто сделать то, чего хотелось.

У перекрестка он задержал мою руку. Мы стояли достаточно близко, чтобы я видела светлые волоски у него на виске. Я ждала, не уверенная, чего именно хочу от этой паузы.

— Напиши, когда сможешь, — сказал Мартен. — Следующие два дня у меня заняты. После этого я найду время.

— Хорошо.

Он осторожно сжал мои пальцы и отпустил. Я пошла домой, а через несколько шагов обернулась. Мартен еще стоял на углу. Увидел меня, улыбнулся, и я едва не вернулась.

Вечером Ян спросил, отчего у меня пахнет луком шарф. Я рассказала о лепешках.

— С мясом лучше, — сказал он и перевернул страницу.

Я согласилась, что в следующий раз можно попробовать с мясом.

Три дня спустя сын перенес змея на стол и принялся разматывать нить у треснувшей планки. Когда он попросил ножницы, я подала маленькие, для ниток.

— Та, которую Мартен закреплял, не сломалась, — сказал он.

— Да. Я помню.

Он провел пальцем по целому соединению справа. Новая трещина была дальше, на длинной планке, которую он задел о дверную ручку.

— Если взять потолще, она не треснет. Но тогда эта сторона станет тяжелее.

Он показал мне, как косо идут волокна возле трещины. Я посмотрела, но уверенно судить не могла. Сын положил две половинки рядом и какое-то время изучал их.

— Ты с ним еще будешь встречаться?

— С Мартеном? Да. Мы договорились увидеться завтра.