После развода — в ведьмы. Бывший муж и прочая нечисть - Виолетта Весна Страница 73

Для сравнительных образцов выбрали партии СП-1206, СП-1306 и СП-1506. Каждую вскрывали только после фотографии, из разных мест коробки брали верхний, средний и нижний пакет. Я сверяла номер, но руками не касалась.

— Почему три соседние? — спросил понятой.

— Чтобы отличить общий след сырья от конкретной партии, — ответила я. — Если одна и та же полынь использовалась несколько дней, контакт может быть на всех. Если только четырнадцатого — профиль изменится.

Роман добавил моё объяснение в протокол как цель отбора, не как обещание результата.

В электронном архиве нашли трудовые приложения о «психоэмоциональном сопровождении». Девять сотрудников подписали их в один день. В метаданных автором файла был юридический отдел центрального офиса, согласующим — Денис Соколов.

Системный журнал показывал ещё одну последовательность. Сначала сотрудник открывал приложение. Через тридцать секунд включался ролик о «командной устойчивости» длиной четыре минуты. Кнопка подписи становилась активной через сорок пять секунд от начала ролика, то есть до его окончания. Кнопка отказа появлялась только после перехода в раздел «Последствия отказа».

— Пользователь мог перемотать ролик? — спросил Роман.

Администратор системы проверил на тестовой учётной записи.

— Нет. Но мог закрыть окно и вернуться позже.

— А выйти без выбора?

— Тогда вход в рабочий кабинет блокировался до завершения ознакомления.

Я назвала это наблюдаемой механикой, не принуждением. Юридическую оценку должны были дать после того, как выяснят, могли ли сотрудники выполнять работу без кабинета.

В журнале входов девять подписей действительно появились через две-три минуты. Значит, ролик никто не досмотрел полностью. Система одновременно утверждала, что проводит информирование, и позволяла завершить его до конца информации.

— Это ошибка интерфейса, — сказала Светлана позже.

— Кто утвердил интерфейс? — спросил Роман.

В карточке согласования стояла электронная подпись Дениса.

У каждого приложения стояло время с интервалом в две-три минуты. Слишком быстро для чтения шести страниц, но достаточно для ввода кода подтверждения. В строке отказа система требовала указать причину и фамилию руководителя, который провёл беседу.

— Технически отказаться можно, — сказала Светлана, когда приехала.

— Покажите журнал отказов, — попросил Роман.

Журнал оказался пустым. Пустота сама по себе не доказывала принуждение. Она показывала, что девять человек воспользовались одной кнопкой и ни один — другой, хотя вторую компания называла равно доступной.

— Этот пункт добровольный, — сказала приехавшая Светлана. — Сотрудники могли отказаться.

— Где форма отказа? — спросил Роман.

— В системе кадров.

Формы отказа в системе не оказалось.

Меня позвали к накладным оборудования. В счёте от «Баланс. Химснаб» стояла труба БХС-47 с тем же серийным диапазоном, что в подвале. Закупка прошла за месяц до развода. Место доставки — рябиновский филиал. Назначение — «ремонт резервуара оздоровительной воды». Получатель по доверенности — Павел Еремеев.

— Серийный номер объекта входит в эту партию, — сказала я. — Совпадают первые восемь знаков. Последние номера распределялись при отгрузке; нужен лист комплектации поставщика.

— Можно было купить такую трубу в другом месте? — спросил Роман.