Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона - Таня Драго Страница 82

Релиан начал ходить без трости — сначала по покоям, осторожно, держась за мебель, потом по коридорам, увереннее, спина выпрямилась, походка стала ровной, сильной. Потом по саду, и там я видела, как он дышал полной грудью, наслаждаясь свежим воздухом, солнцем на лице, свободой движения, которой был лишён так долго.

Часто брал меня с собой (вообще чаще, чем следовало, если честно, он хотел быть рядом постоянно), протягивал руку, когда видел в коридоре или библиотеке:

— Составите компанию?

Голос формальный, вежливый, но в глазах просьба, почти мольба, словно боялся отказа, боялся, что я скажу «нет» и оставлю его в одиночестве.

Я соглашалась каждый раз, не могла отказать, не хотела. Шла рядом, наши плечи касались иногда — случайно? Намеренно? Не знала, но не отстранялась, наслаждалась этим прикосновением, таким невинным, таким тёплым.

Прогуливались по дворцовым залам, садам, террасам, Релиан рассказывал о дворцовой архитектуре, истории, традициях — о камнях фундамента, заложенных прадедом, о фресках на потолке, изображающих битву с древним чудовищем, о розах в саду, привезённых из южных земель два столетия назад. Я слушала, кивала, но замечала другое — лица придворных вокруг. Некоторые радовались, кланялись принцу с улыбками, искренними, тёплыми, словно видели чудо собственными глазами.

Но другие хмурились, отворачивались, смотрели с недовольством, губы сжимались в тонкую линию, брови хмурились, глаза темнели от злости, разочарования, страха. Шептались за нашей спиной, смолкали при приближении, но я слышала обрывки фраз, ядовитых, злобных: «Не должен был выздороветь», «Всё было решено», «Теперь что делать?»

Думала яростно: не все рады выздоровлению принца. Потому что его уже похоронили мысленно, да? Распределили власть, земли, влияние после его смерти. А он жив, ходит, улыбается, и всё рушится для них, все планы, надежды, амбиции. Смотрела на Релиана — он шёл рядом, спина прямая, взгляд уверенный, голова высоко поднята, как и подобает принцу, наследнику престола. Думала яростно: он жив, и он мой.

Вздрогнула от собственных мыслей — откуда это «мой»? Он не мой, никогда не будет. Я временная помощница, которая уйдёт, как только он исцелится полностью. А сейчас как никогда понятно, что это возможно. Серое уступает золотому. Все хорошо.

Услышала внутри голос — глубокий, тёплый:

— Да, наше сокровище, да.

Голос дракона Релиана, узнала сразу — я слышала его рычание, урчание внутри принца, когда лечила, когда касалась его кожи, но никогда так чётко, так ясно, словно он говорил прямо в моё ухо.

Продолжил довольно, почти мурлыкающе:

— Ты понимаешь. Ты наша, мы твои.

Интонация удовлетворённая, спокойная, словно констатировал очевидный факт, неоспоримую истину. Я остановилась резко, сбита с толку окончательно, сердце колотилось, дыхание сбилось. Релиан обернулся, посмотрел обеспокоенно:

— Что-то не так?

Я качала головой быстро, слишком быстро:

— Нет, просто… задумалась.

Пошли дальше, но дракон продолжал внутри, голос спокойный, объясняющий, почти учительский:

— Не пугайся, это связь. Которую ты укрепляешь каждую ночь.

Пауза, потом тише, теплее:

— И которая исцеляет нас.

Я слушала молча, шла рядом с Релианом механически, ноги двигались сами, не думая о направлении, о дороге. Дракон продолжал терпеливо: