Вторая жизнь барышни Софьи - Нинель Мягкова Страница 87

Но в том, что бунтовщики могли вступить в сговор с контрабандистами, имелось немало логики. Кто-то же должен был привозить им оружие! Не по реке же в открытую его переправляли и не караванами с юга.

— Ну, в общем, Войцех и Томаш помогали с разгрузкой-погрузкой и перебивались этим. Я еще удивился, почему они к нам пришли, денег-то меньше с настоящей работы получат, а трудиться придется куда больше. Обрадовался было, что на правильный путь встали. Но похоже, что нет. Иначе вы бы не просили за ними следить. Я верно понял?

— Верно. — Мальчишка был умен не по годам. К сожалению, на улице дети быстро взрослеют, в худшем смысле. — Я подозреваю, что нехорошие люди заплатили… как их… Томашу и Войцеху за то, чтобы они понаблюдали за типографией. А возможно, и сотворили что.

«Например, подожгли», — изморозью пробежала мысль.

Присмотрели, чтобы мы не копали лишнего, а если заметят подозрительное, доложат хозяевам. Если им пообещают новую жизнь в другом городе, например, в той же Московии, да денег побольше, молодчики и храм спалят, не только издательство. Другой вопрос, что богатством они вряд ли воспользоваться успеют, сгниют в ближайшей канаве. Свидетелей подобного не оставляют.

— В общем, глянь, куда они после работы ходят и с кем говорят. На рожон не лезь, близко не подходи, в случае чего убегай что есть сил, — напомнила еще раз.

Ярек понятливо кивнул.

— В лучшем виде сделаю. Про всех расскажу! — он вскочил со стула и вытянулся по струнке. — Пойду крыльцо чистить тогда?

— Баранки не забудь, — подвинула я в его сторону сверток. — Своих угостишь.

— Маменьке сложно жевать будет. В чае размочу, — озабоченно пробормотал мальчишка и, спохватившись, принялся меня благодарить.

Я только отмахнулась.

Мне этот жест практически ничего не стоил, а семья Ярека пару дней полакомится.

Идея с поддержкой школ и малоимущих семей нравилась мне все больше.

Я слишком хорошо помню, с каким энтузиазмом обитатели трущоб присоединились к бунтовщикам. Им был не слишком важен повод восстания, сама возможность заявить о себе и потребовать хоть каких-то благ ослепила и оглушила их, заставляя слепо следовать указаниям мятежников.

Если хочу предотвратить это в будущем, придётся начать изменения уже сейчас. Чтобы поводов ввязываться в наказуемые мероприятия у людей было меньше, а сытых дней — больше. Тогда и поднять их будет куда сложнее. Зачем шевелиться, если пузо полное, а будущее — относительно светлое?

Вот с Ярека и остальных детишек и начну.

Мальчишка убежал, а через пару минут в кабинет просочился господин Сташевский.

— Ну как? Согласился? — поинтересовался он, устраиваясь на привычном месте.

— На что? — прикинулась я дурочкой. — Лед сбивать? Куда он денется.

— Проследить за теми ребятами из трущоб, — вновь проявил сообразительность хлыщ. — Он же тоже там живет, наверняка их знает.

Легкость, с которой он вычислил мои намерения, неприятно удивила. Если ему это удалось, другие тоже могут сложить два и два.

Но иных вариантов вызнать расположение склада бунтовщиков и места их сборищ у меня не было. Порт — неплохая зацепка, но хранилищ вдоль реки сотни. Перерыть их все можно лишь по приказу властей. Меня сторожа сразу поймают и арестуют, оправдывайся потом.