Школа дорог и мостов - Тамара Михеева Страница 89

— После смерти Румисора.

— Что же не остановил? Хотел моими руками убрать братиков и самому править всеми городами?

— Что… – задохнулся от ее предположения Гиор. – Что ты несешь?!

— Ты не можешь меня прогнать! – прошипела Анилу. – Я твоя сестра!

Гиор покачал головой:

— А они – мои братья. Он – мой отец…

— Он хотел меня продать! Сделать хуже чем рабыней!

И снова Гиор покачал головой:

— Он заботился о тебе. Он думал, так будет лучше для тебя.

— Неправда! – гнев душил Анилу. – Он думал о себе, о своей выгоде, об Альтиде! Если бы он любил меня и хотел мне добра, он бы построил мне город!

И хотя эта мысль пришла к ней только что, она поняла, что так и есть. Что именно это и породило в ней такой неиссякаемый, ничем негасимый гнев: она такой же царский ребенок, как Гиор и остальные братья, но им предназначались города́, а ей – многолетняя пытка. Почему?!

— Это несправедливо, – сказала она.

— Это не тебе решать, – сурово сказал Гиор.

Анилу прищурилась, вскинула голову. Видят боги, она хотела пожалеть Гиора, она любила его, и, может, во всей семье у нее не было человека ближе. Но зря он сказал это сейчас, зря не спас ее, когда она сама пришла на его порог.

— Рал с тобою, брат, – сказала она и увидела, что он точно понял ее слова: не пожелание добра, а угрозу.

Анилу развернулась и пошла прочь.

— Куда ты идешь? Где ты живешь? Анилу, вернись! – кричал ей вслед Гиор.

Его рыжая псина надрывно гавкала, заглушая слова нового царя Альтиды, светлейшего ралу.

* * *

В храме Геты Анилу не приняли. Их жрица сделала вид, что не узнала царскую дочь, а может, и правда не узнала, – раньше царевна нечасто бывала в этом храме. Жрица учинила Анилу настоящий допрос и с каждым ее ответом все больше мрачнела.

— Тебе нужно научиться говорить правду, – сказала жрица. – Гета не любит лжецов.

Анилу тоже не любила. Но иногда сказать правду просто невозможно.

В храме Айрус ей отказали по другой причине.

— Мы берем только совсем маленьких девочек, милая. У нас слишком сложные обряды, им нужно обучаться с детства.

Старшая жрица в храме Рала была еще более прямолинейной.

— Посмотри на них, – сказала она, указывая на юных дев, репетирующих танец к празднику Солнца. Все они как одна были высоки, золотоволосы и голубоглазы. – А теперь посмотри на себя, – и безжалостная жрица сунула ей в лицо карманное серебряное зеркальце.

В нем отразились светло-зеленые глаза, гладкие черные волосы, убранные в узел на затылке. Анилу зажмурилась, будто впервые увидела себя.

Жрица смягчилась:

— Ты красивая девочка, но Ралу не подходишь.

— Он мой покровитель, – прошептала Анилу. – Мне некуда идти.

— Ты всегда можешь стать марикой. С такой внешностью тебя ждет успех…

Анилу шарахнулась от жрицы, выбежала из храма.

В храм Тимирера Анилу не пошла. Она никогда не любила этого ветреного бога, к тому же… ей нужно искать своего, а не просить помощи у старых. Она вспомнила наместника Каменного города, красивого и обходительного Алариса, и решила, что он и станет ее орудием.

Часть вторая. Города и дороги

Из миража, из ничего,

Из сумасбродства моего —

Вдруг возникает чей-то лик

И обретает цвет и звук,

И плоть, и страсть!

Юлий Ким. Песня волшебника (из к/ф «Обыкновенное чудо»)

— Скажите мне напоследок, – сказал Гарри, – это все правда? Или это происходит у меня в голове?..

— Конечно, это происходит у тебя в голове, Гарри, но кто сказал, что поэтому оно не должно быть правдой?

Дж. К. Роулинг. Гарри Поттер и Дары смерти