После развода не полюбим - Алсу Караева Страница 12

— Что... что я сделала? — повторяю я, не веря своим ушам.

— Женщина должна уметь удержать мужа, — отец наклоняется вперед, опираясь локтями о стол. — Двенадцать лет брака. Двенадцать лет ты была его женой. И за это время не смогла родить ему детей, не смогла сделать так, чтобы он не смотрел на сторону. Значит, ты что-то делала не так.

Его слова режут больнее любого ножа.

— Отец, я... я любила его. Я делала все, что могла. Поддерживала его карьеру, вела дом, была рядом...

— Очевидно, недостаточно, — обрывает меня отец. — Раз он нашел замену.

— Рашид! — вмешивается мама, голос дрожит. — Не говори так с дочерью. Она и так страдает.

— Молчи, женщина, — бросает отец, не глядя на нее. — Это семейный позор. Наш позор. Развод – это клеймо на всю семью. Что люди скажут? Что дочь Рашида Магомедова не смогла сохранить семью? Что она плохая жена?

— Это несправедливо! — вырывается у меня. — Я не виновата, что он влюбился в другую!

— Мужчины не уходят от хороших жен!— повышает голос отец, и я вжимаюсь в стул. — Если ты была бы достойной женой, он бы не стал смотреть на сторону. Ты, наверное, перестала следить за собой? Или спорила с ним? Или не уделяла достаточно внимания?

Каждое обвинение как пощечина.

— Я танцевала, — шепчу я. — Он говорил, что гордится мной. Что я его муза...

— Муза, — усмехается отец. — А теперь где твоя карьера? Ты сломала ногу, закончила выступать. Стала обычной домохозяйкой. Может, ему стало скучно?

— Рашид, хватит! — вскрикивает мама. — Это жестоко!

— Это правда! — отец ударяет ладонью по столу, и я вздрагиваю. — Я вырастил дочь, дал ей образование, выдал замуж за хорошего человека, врача, с достатком. И что? Она возвращается домой разведенной, опозоренной. Как я теперь буду смотреть людям в глаза?

Его волнует не моя боль. Его волнует репутация.

— Отец, — вмешивается Рустам, старший брат. — Может, не стоит так... Камилла пострадала. Хайат поступил подло.

— Подло или нет – не важно, — отец откидывается на спинку стула. — Важно, что теперь делать. Развод можно остановить. Камилла, ты пойдешь к мужу, встанешь на колени, попросишь прощения за все, что сделала не так, и вымолишь его вернуться к тебе.

Я застываю.

— Что? — выдыхаю я.

— Ты слышала, — отец смотрит на меня жестко. — Завтра же поедешь к нему. Попросишь прощения. Скажешь, что будешь лучше стараться, что изменишься. Предложишь закрыть глаза на эту его... беременную. Пусть заводит любовниц, если хочет, главное – сохранить брак. Сохранить семью. Сохранить лицо.

Меня охватывает холод.

— Отец, ты не можешь этого требовать, — говорю я, и голос дрожит. — Он меня не любит. Он выбрал другую. Он не вернется.

— Вернется, если попросишь правильно, — настаивает отец. — Мужчины ценят покорность. Если покажешь, что готова принять его выбор, быть второй, терпеть, он оставит тебя женой. Хотя бы формально.

— Я не хочу быть второй! — вырывается у меня, и впервые за весь разговор я повышаю голос. — Я не хочу терпеть унижения! Он предал меня, бросил, как ненужную вещь!

— Тогда ты опозоришь всю семью окончательно! — отец тоже повышает голос, вставая из-за стола. — Развод это клеймо! Особенно для женщины! Ты думаешь, кто-то еще возьмет тебя замуж? В твоем возрасте, после развода, не сумевшую родить, с травмой? Ты будешьизгоем!