Бывший - все сложно - Ольга Тимофеева Страница 14

Врач лет под пятьдесят, в очках, открывает карточку.

— Что у вас?

Рассказываю, что случилось, передаю бумаги из травмы.

— Сильно болит?

— Не очень, – морщится Боря.

— Молодец.

Он аккуратно осматривает повязку, хмыкает, чуть её подтягивает.

— Всё хорошо сидит. Повязку не трогаем. Не мочим. И без резких движений. Не бегаем, не скачем, не качаемся на качелях, если захочется всё это нарушить – спрашиваем у родителей. Понятно?

— Понятно… – вздыхает Борька. – А долго мне так?

— А что, уже хочется?

— Ага.

— Месяц минимум.

Выходим из поликлиники, я беру Борю за руку, ждем Олега. Должен забрать нас с минуты на минуту.

— Мам, смотри, – кивает в сторону Боря, – это Никита?

Показывает на черный высокий джип, возле которого стоит Ник.

— Нет, тебе показалось, Борь, – отвожу его подальше.

— Да это Никита, мам.

— Нас Олег уже ждет, Борь, пойдем.

— Ты учила, что надо здороваться.

— Надо здороваться, если встретил, а если тебя не видят, то через всю улицу можно не кричать.

— Так я позову. Поехали с ним лучше!

— Борь… у него свои дела. Он не может постоянно только тебя спасать и развозить.

Дела… Какие интересно у него дела возле детской поликлиники? Борю веду к въезду на парковку с другой стороны. Сама оборачиваюсь.

Ник открывает машину.

— Олег… – выдыхает Боря.

Отвлекаюсь и замечаю его машину, которая подъезжает к нам.

Машу Олегу. Усаживаю Борю на заднее сидение, помогаю пристегнуться.

Захлопываю дверь и на автомате оборачиваюсь на Никиту.

Он… ведет маленькую девочку, по возрасту младше Бори, за руку в сторону поликлиники.

Внутри сердце будто воздушный шар сдувается и обмякает.

У него есть дочка. А та Маша, с которой вчера говорил, – скорее всего жена или невеста.

Вот зачем он вернулся…?! Лучше бы я думала, что он умер.

— Привет, – сажусь на переднее сиденье рядом с Олегом.

— Привет, – наклоняется, я целую его в щеку. – Как дела? Что врач сказал?

— Пока на больничном.

— Ясно, снова подставил тебя? – кивает назад.

— Это случайно вышло.

— А что у него не случайно? Есть что-то, что он запланировал?

Олег трогается, увозя нас отсюда.

— Олег, давай не будем.

— Я с врачом поговорил. Это тебя ни к чему не обязывает. Тем более что-то пить. Просто консультация.

Вздыхаю. Не отстанет же.

— Хорошо. Если только консультация.

— Завтра или послезавтра, потом скажу точнее. Но раз вы на больничном, значит, без разницы. Вас куда, домой?

— Отвези в сад.

— Зачем?

— Я ушла, дела не все завершила. Надо доделать, а то объяснять дольше.

— Пусть пришлют, дома сделаешь.

— Там нужны данные из компьютера и личные дела. Проще на месте.

— А Бориса куда? Опять в сад? Чтобы еще что-то себе повредил?

— Я не буду, – бурчит сын.

— Ты всегда говоришь, что не будешь? – бурчит в ответ Олег. – А потом мама расстраивается. Ну мы же вчера говорили. Ты обещал. Вот тут сидел и обещал!

— Олег…

— Что Олег?

— Не надо.

— То есть, я не прав сейчас?

— Он ребенок.

— Он непослушный, маленький ребенок, по которому скучает ремень. Кир, ты сама говорила, что ему не хватает отца, ты слишком мягкая, но при этом ты не даешь мне ничего сказать.

— Говори, но не так.

— А как? Сю-сю-сю, Боречка. Не надо головку просовывать в заборчик. Потом будет больно. Так, да?

— Нет. Просто… можно сказать по-другому. Без унижений.

— Я не унижаю и не обзываю его. Я просто говорю по-взрослому, как с мужиком. Или ты, – ловит мой взгляд, – до сих пор надеешься, что он сам всё поймёт? Перерастет? Кир, он не поймёт. Он не боится. Потому что никто и никогда его не остановил. Он всё делает, как хочет. Как и…