Развод в 40. Жена с дефектом - Анна Нест Страница 19

— Сегодня ты спишь на диване, — холодно говорю я.

Виктор смотрит на меня. Взгляд тяжелый. Я вижу, что он не привык к такому. К отказу. К вызову. К борьбе. Но я — не Мия. Я умею ставить границы.

Разворачиваюсь и ухожу в спальню. Захлопываю дверь.

Глава 21

Мия

— Он вел себя, как чужой, — говорю тихо, отводя взгляд в сторону. — Как будто все эти годы… как будто мы вообще не жили вместе.

Марина молчит, но я чувствую, как она на меня смотрит. Смотрит не как подруга, а как хирург, собирающийся вытянуть пулю из серьезной, но еще не смертельной раны.

— И что было? — спрашивает она наконец. — Зачем он звонил?

— Он хочет, чтобы я забрала вещи. Прямо завтра, в обед.

— В обед? — переспрашивает Марина и улыбается. — Какая удача, что у меня пара только во второй половине дня.

Я хмурюсь.

— И что?

— А то, что у нас есть целое утро, чтобы сделать из тебя конфетку.

Я только выдыхаю.

— Зачем?

Марина подкатывает к столу на кресле, облокачивается на него и смотрит мне в глаза.

— Ты же не хочешь, чтобы он подумал, что сделал правильный выбор?

Я молчу. Просто пожимаю плечами.

— Не знаю. Наверное, я хочу просто все это пережить. Пережить и забыть.

— Мия, я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Ты думаешь о том, что внешность — не главное. Что ты была хорошей женой. Что отдала ему лучшие годы. Что любила. Что заботилась. Что вкладывалась.

Я медленно киваю.

— А еще ты думаешь, что важнее, кто ты внутри. Что ты добрая, верная, справедливая. И все это правда. Только есть один нюанс.

Марина встает. Подходит ко мне. Берет за плечи.

— Ты еще и красивая. Просто… забыла об этом.

Я криво усмехаюсь.

— Какая там красота…

— А вот не смей так, — перебивает она. — Ты очень красивая. И у тебя очень даже классная фигура. Просто ты давно не преподносила себя правильно. Знаешь, даже самой вкусной конфетке нужна красивая обертка. Чтобы ее захотелось попробовать.

Я хмурюсь.

— А я не хочу, чтобы меня пробовали.

Марина смеется.

— И правильно. Сейчас тебе это ни к чему. Но другие должны хотеть. Чтобы ты сама это видела. Чтобы ты знала, что можешь, если захочешь. А Виктор… Виктор должен кусать локти.

— Думаешь, он может пожалеть? — спрашиваю.

— Это уже не важно. Важно, чтобы он увидел, кого потерял. И понял: назад пути нет. Что Мия больше не та, которой была.

Марина хватает телефон, начинает строчить сообщение. Я молча смотрю, как ее пальцы стремительно скользят по экрану.

— Мой мастер может начать в семь, — говорит она, не поднимая головы. — Сделает тебе укладку, легкий макияж — ничего вульгарного, но ты сама себя не узнаешь. А потом мы заедем в торговый центр. Я уже вижу тебя в чем-то приталенном. Серое, возможно, или сливовое. Без бабушкиных шарфов и мешковатых кардиганов. Никакой печали. Только сила.

— Я не уверена, что готова, — выдыхаю.

— А не надо быть готовой. Надо просто начать. Дать себе шанс. Показать этому… — она сдерживается, — …Виктору, что ты — не дефектная, а та самая. И всегда ей была. Просто он был слеп.

Я прикрываю глаза. Мне хочется плакать, но я не плачу. Во мне медленно просыпается что-то, чему раньше я не давала вырасти.

— Хорошо, — говорю я. — Покажи мне, какой может быть обертка у этой конфетки.

Марина хлопает в ладоши.

— Вот и умница. Только не забудь. Мы не для него стараемся. Для тебя.