Огонь. Она не твоя.... - Весела Костадинова Страница 3

— Поэтому жену предлагаю запихнуть в психушку, любовницу — сдать ментам за шантаж, — спокойно предложил Вадим, откидываясь ещё дальше, сложив руки на груди. — Можно, кстати, поменять местами, если хотите. Или жребий бросим, кого — куда. Справедливо и демократично.

— Для начала, — голос Альбины стал тонким и холодным, — поговори с тётками спокойно. Мягко. Вежливо. Деликатно. Как ты умеешь. Напои дур чаем, пожалей, по головке погладь. Не уймутся — сдавай. Развод инициируем сразу после кампании. Пока пусть играет роль безутешного супруга с ранимой, нежной женой, у которой поехала крыша от стресса.

Она бросила взгляд на одну из панелей с видео — на ней как раз висело лицо того самого Степашина. Пухлое, потерянное, глупое. Альбина невольно скривилась.

— А что делать с прошмандовкой — решай сам. Главное, чтобы шум не перешёл в федеральную повестку. Слушайте, мужики, что, так сложно свой член в руках держать?

Вторая волна смеха пронеслась по комнате. Женщины захихикали, мужчины заулыбались с лёгким стыдом. Только Дима сидел с каменным лицом, неспешно делая глоток кофе из тяжёлой керамической чашки.

— Инстинкты вас и погубят, дядьки, — насмешливо заметила Альбина, поднимая руку и поправляя идеально уложенные рыжие волосы, отливавшие медью в свете ламп. — Попомните мои слова.

— Вот поэтому, Альбина, Дима и не женится! — веско, почти с победной интонацией, прокомментировал Виктор, решив перевести огонь на заместителя Альбины.

— Ты б помалкивал, ловелас, — фыркнул Дмитрий, не глядя на него, — это тебя вчера в баре красотка по роже стукнула?

— Не поверишь, даже имени не помню, — невозмутимо отозвался Виктор, поглаживая подбородок. Его запонки блеснули при повороте руки. — Я ж не виноват, что молодое поколение баб без тормозов. Только часы за пару тысяч баксов углядят, даже имя не скажут — уже на колени лезут. А потом — бац! — и в лицо.

— Легко отделался, — заметила Альбина, глядя на своего подчиненного, красивого, яркого брюнета с яркими зелеными глазами, ухмыльнулась и села чуть боком, — Но если ты мне, Витя, в офис заразу притащишь… в виде прослушки, вируса, беременной фанатки — неважно какого еще дерьма, — я тебя своими руками на органы распилю. А часы твои — в металлолом сдам.

— Я предохраняюсь, Аль, — криво улыбнулся тот.

— Я надеюсь… — фыркнула она, поправляя на запястье браслет из белого золота с сапфиром. Ее серые глаза на мгновение сверкнули. — Это, кстати, всех касается.

Телефон снова настойчиво завибрировал. Дима вопросительно посмотрел на подругу, но ее глаза оставались непроницаемыми.

— Саранск? — отстранённо бросила она, бросив взгляд за окно, где разыгралась настоящая буря.

— Ой, у нас вообще тишина и покой, Альбина Григорьевна, — заговорил плотный мужчина с южным акцентом, поправляя пиджак цвета мокрого асфальта. Его щеки сияли, как будто он только что вышел из сауны, — возникла небольшая проблема по сборам подписей, но уже всё решили.

— М? — Альбина лениво подняла голову, приподняв бровь.

— Не переживай, — спокойно вмешался Дмитрий, бросая взгляд через стол. — Там руководитель ЦИК слегка охуел и решил, что мы ему мало дали. Пришлось добавить. Сейчас сидит и думает, как бы шкуру свою поганую спасти. Не до нас теперь.

— Эту страну погубит коррупция, дамы и господа, — с философской ноткой произнесла Альбина, опустив взгляд обратно в планшет.