Друг с далёкой планеты - Тамара Михеева Страница 16

— Так что ж ты не сказала! Надо было его там и хватать!

Уже прозвенел звонок на урок, и они мчались по притихшим коридорам, когда Наташка про Ваньку сказала. Олежка резко затормозил и чуть не упал. Наташка его подхватила, но он резко вырвался:

— Пойдём обратно! Я его прямо там обыщу! Я ему…

— Вот поэтому и не сказала! – шёпотом закричала Наташка. – Тебе было бы приятно, если бы тебя обыскивали? При всём классе!

— Так он же вор! Он его украл!

— Это ещё не факт. И потом… – Наташка нахмурилась. – Малыши иногда берут чужое…

— Ничего себе!

— Ну, понимаешь, Олежка, вот он увидел этот коралл, и ему очень-очень его захотелось! Он и подумать даже не успел, что это плохо – чужое брать, а уже сцапал. Он, может, уже сто раз пожалел!

— И ещё больше пожалеет, обещаю!

— Какой ты злой всё-таки! – возмутилась Наташка. – Лучше с ним по-хорошему поговорить. Я сама поговорю.

— Фигу! Я буду говорить, это мой Джим.

Наташка смотрела на Олежку, будто он тоже маленький.

— Тогда я с тобой пойду, ладно? Ну пожалуйста! – и она заглянула ему в глаза и положила руку на плечо. И Олежка, конечно, сдался.

— Ладно, – буркнул он.

Ваньку они поймали у мужского туалета. Он на ходу заправлял рубашку в штаны, а когда голову поднял, чуть в Наташку не врезался. Он тут же дёрнулся, пытаясь спрятаться в туалете, но Олежка его за руку схватил, потянул к себе:

— А ну отдавай его!

— Ваня, а ты чего от нас бегаешь? – Это Наташка, отодвинув Олега, склонилась над Ванькой. – Мы с тобой вроде бы всегда дружили…

— Пустите!

— Вань, ты чего? Мы же просто поговорить хотим.

— Ага, поговорить! Вы все – поговорить! А потом побьёте и карманы обыщете! Пусти!

Олежка разжал руку, но Наташка ухватила Ваньку за плечи и прижала к себе, а он тихо всхлипывал, уткнувшись ей в живот. Жалобно так, с повизгиваниями, как щенок. В общем, историю они прогуляли. Сидели под лестницей, в закутке у спортзала. Здесь обычно двоечники прятались, но сегодня было пусто.

— Они меня сразу после урока поймали. Давай, говорят, выворачивай карманы… Ну, я вывернул, у меня всё равно там ничего не было, ну, только этот вот, который я взял…

— Коралл?

Ванька помотал головой. Вздохнул.

— Я, наверное, с ума сошёл.

Наташка развернула его к себе, чтобы в глаза посмотреть:

— Да ты что? С чего ты взял?

— Я знаю. Я коралл взял и в правый карман положил. А когда они у меня карманы вывернули, то там не было коралла. А была денежка золотая. Большая такая, тяжёлая. Они аж завизжали. Я начал отбирать, а они тогда мне подзатыльников надавали, в туалете закрыли и убежали.

Ванька вздохнул горестно, протяжно, и замолчал. Они сидели с Наташкой обнявшись, и Олежке было его жалко по-настоящему. Он хотел бы сердиться на него, говорить, что сам виноват, нечего было хватать чужое, но почему-то не мог. А если бы его, Олега Комарова, вот так же? Не так уж сильно они с Ванькой отличаются. И по росту, и по возрасту. И как бы Олежка отбивался? Никак. Задержал бы дыхание и ждал, когда отпустят.

Наташка поверх Ванькиной головы смотрела на Олежку. Её глаза будто говорили: «Ты же всё понял и всё простил, верно?!»

А Олежка в этот момент думал, где теперь искать Джима.

— Вань, а кто были эти? Которые тебя…

— Сапа.

Сапа… ну да, кто против Сапы пойдёт? Да никто во всей школе! Его даже учителя боятся, потому что он носит в кармане ножичек, складной, неприметный. Это все знают. И мальчишки по одному в туалет стараются не ходить.