Гром в моем сердце - Юлия Четвергова Страница 10

— Не только… — уклончиво отвечает Лола, намекая на тот случай, когда она изменила Громову с его другом, Никитой Резниковым. Просто потому, что тот был птицей более высокого полета.

Но мажорчик Резников оказался не лыком шит и быстро раскусил ее план, узнав, что Лола в тайне бегала обратно к Олегу… Короче, там такая мутная и неприятная история, что даже думать об этом отвратительно.

Говорю же, больные у них отношения! А Лола сама не знает, чего хочет.

— Так, может, нужно было просто выбрать одного и в чужую койку не лезть? Зачем понадобилось ссорить хороших друзей? Гром и Резников теперь постоянно, как кошка с собакой!

— Можешь осуждать меня, сколько влезет, тебе все равно не понять, — фыркает сестра и отодвигает тарелку, которую я поставила перед ней. Резко поднимается из-за стола и уносится к себе в комнату, прямо как я ночью.

Вот и помирилась, блин… Кто меня вообще за язык тянул? Мое дело было маленькое — притвориться, что все хорошо, и всучить Лоло флаер. Она бы обрадовалась до небес и убежала выбирать платье, забыв о разногласиях, корни которых уходят в далекое детство.

Да, мы никогда не дружили с сестрой, и это угнетает меня по сей день. Но ничего не изменишь. Наверное… Слишком уж мы разные.

Вяло пережевывая свой поздний «завтрак», подпираю рукой щеку. Смотрю на злосчастные билеты на концерт в «Богеме». Нога под столом трясется из-за подавленной пассивной агрессии, и я понимаю, что больше так не может продолжаться. Все-таки мы семья.

Стучу перед тем как войти в комнату Лоло. А когда она не отвечает, просто захожу.

— Я не разрешала входить, — огрызается она, вынимая наушники.

Заметив, что у нее красные глаза, я вдруг теряюсь.

— Ты плакала?

— Тебе какое дело?

— Прости, — тихо говорю я и сажусь на край кровати. — Я не хотела тебя обидеть. Ты же знаешь, что у нас разный взгляд на многие вещи. — Пытаюсь улыбнуться, но выходит фигово.

— Извинения приняты, а теперь оставь меня одну, пожалуйста. Не хочу никого видеть, — хрипло произносит сестра, и после этого я ощущаю, как вина начинает обгладывать мой мозг.

— Ты все еще любишь его? — Слова даются мне с трудом. Я будто проталкиваю их через слишком узкое отверстие.

Чувства ревности и обиды от того, что выбрали не меня, все еще скребут по старым ранам. А те саднят, наверняка отражаясь на моем лице.

— Люблю, Ник… И жалею, что поступила так глупо, выбрав деньги, а не чувства, — признается она очень тихо. По ее щеке катится одинокая слеза, которую Лола тут же стирает. — Но все уже в прошлом. Год прошел… Пора жить дальше. — Она пытается улыбнуться, совсем как я недавно. И у нее это получается с бо́льшим успехом, нежели у меня.

— Знаешь, а может, еще не все потеряно? — Я кладу руку сестре на голень и утешающе поглаживаю. — Смотри, что вчера откопала.

Жестом фокусника достаю из кармана два немного помятых флаера. Сестра осторожно берет один из них, но я протягиваю ей и второй.

— Держи, сходишь с кем-нибудь.

— «Богема»?! — пораженно выдыхает Лоло и недоверчиво смотрит на меня. — Откуда, Ника?

— А ты думаешь, чего я допоздна в кафешке околачиваюсь? Хотела сходить вместе, но в последний момент передумала.

Да… Потому что не желаю весь вечер наблюдать за тем, как Гром пускает слюни на Лолу, ведь до сих пор где-то глубоко внутри хочу, чтобы он смотрел так на меня…