Нарушая дистанцию - Элла Савицкая Страница 123

Нахожу контакт Игоря и жму на вызов.

— Да? — отвечает он раздраженно. — Только не говори, что мне надо ехать обратно?

— Нет. Скажи, Игорь, зачем ты приехал сюда?

Шумно выдыхает.

— Я уже говорил.

— А теперь скажи правду! Тебе звонил Терехов?

— Ира, приехать было моё решение.

— Просто ответь — звонил он тебе или нет?

— Ну звонил. Но это тут при чем?

— И что сказал?

Игорь мнется, а я еле держу себя, чтобы не наорать на него.

— Ну?

— Сказал, что считает, что у меня появился шанс заполучить тебя обратно. Мол, в этом ущербном городе тебе скучно и вообще я как мужик, мог бы приложить усилия, и надавить немного. Тогда бы ты сдалась. Но ты ж нихуя не продавливаемая, да?

Не ответив, я скидываю звонок и во все глаза смотрю на Никиту.

— Нам нужно к Терехову.

49. Ира

— Еще дома, — негромко произносит Никита, когда мы подходим к приоткрытой калитке.

Машина Ивана Львовича припаркована рядом с воротами, багажник открыт, в нем спортивная сумка.

— Я зайду спереди, ты подстрахуй с заднего входа, — даю команду Никите и направляюсь к двери.

Нам повезло, что мы уже были здесь и можем ориентироваться.

Никита быстро ступает в обход, а я мягко толкаю парадную дверь.

Делаю шаг внутрь и прямо в коридоре сталкиваюсь с Тереховым.

Рука машинально тянется к оружию, но он успевает первым.

Выхватив пистолет, направляет его на меня.

— Замри, капитан.

Чёрт, гадство!

Приходится вскинуть руки вверх.

То, что сейчас происходит — прямое доказательство нашей с Никитой версии. Которая ну никак не может улечься в моей голове.

— Я знал, что ты догадаешься, — уголки губ полковника нервно ползут в стороны, — но не думал, что так быстро.

— Догадаюсь о чем?

— Не нужно, Ира. Ты ведь не о здоровье моем справиться приехала посреди ночи, правда? — Он отодвигает ногой еще одну спортивную сумку, — А вообще жаль. Ты мне всегда нравилась, капитан. Не хотелось бы с тобой заканчиваться таким образом.

— Не слишком верится, Иван Львович, — сиплю севшим голосом и поглядываю то на дуло пистолета, направленное в меня, то на полковника, — не после того, как вы сдали меня Чижову.

— А ты сама виновата, Волошина. Я сколько раз тебя просил оставить это дело. Намекал, что лезть туда твоему любопытному носу не нужно. Но ты же упрямая.

— Да, упрямая, — признаю, стараясь не двигаться.

Пульс частит так, что мне не по себе. И голова кругом идет, что мне совершенно не свойственно.

Вероятно, сказывается второе за последние несколько часов перенапряжение.

— Я только одного не пойму, — озвучиваю то, что действительно не дает покоя, — если вы были причастны ко всему с самого начала, зачем позвали меня сюда? Знали же мою натуру.

— Знал. Да только подумать не мог, что эти кретины уберут Дудова, да еще и так бездумно, — выплевывает с остервенением Терехов, — идиоты пустоголовые. Ему видите ли возжелалось большую ставку себе заиметь. А эти не смогли договориться и сделали, что сделали.

— Но вы на этом не остановились, правда? Запущенная машина должна работать дальше?

— Конечно, должна. И если бы сегодня Чижов сработал как надо, она бы и работала.

— Но увы, я сейчас здесь. И машину вашу придется остановить.

Полковник гадко усмехается.

— Как я уже сказал — ты действительно нравилась мне, Ира. В первую очередь тем, что в тебе есть стержень. И чувство справедливости. И именно справедливость сегодня тебя привела сюда одну. Ты же, как обиженная женщина, вряд ли кому-то озвучила свою догадку о моем участии во всем этом. Тебе надо доказать, что ты чего-то стоишь. И завершить то, что у тебя отнял этот тупоголовый петух Попов, который сам ни на что не способен.