В тени эмира. Шрамы на песке 1 - Ирэн Блаватская Страница 126

— У меня было время подумать и понять, что это противостояние бессмысленно… Пустая

трата времени и сил...

— И ты так легко говоришь об этом? — недоверчиво усмехнулся он.

— Почему ты мне не веришь?

— Потому что воздух в этой комнате насквозь пропитан твоей ненавистью ко мне… Я

почти физически ее ощущаю… О какой покорности ты говоришь?

— После всего того, что ты сделал со мной, думаю, было бы странным рассчитывать на

что-то большее. Но я исправлюсь… Только дай мне время… Совсем немного времени… —

голос стал тише. — Нам ведь некуда спешить, — едва уловимый полушепот коснулся его

слуха.

— Нам? — его заинтересованные глаза неторопливо разглядывали ее лицо, наблюдали за

мимикой, подмечая любые изменения. — Ты сказала «нам»?

— Разве не для этого ты вернул меня назад… в Хафрак? Может, я ошибаюсь, и ты все еще

хочешь отдать меня своим воинам на растерзание… чтобы другим послужило уроком...

— А ты решила опередить события и спасти свою аппетитную задницу? — он усмехнулся.

— Я всего лишь слабая женщина и просто хочу жить… — бросила она, устремив на него

горящие глаза… Его рука непроизвольно потянулась к ней, тяжелая ладонь легла на

нежную шею, большой палец потерся о скулу и неторопливо, слегка надавливая,

заскользил по коже… Вздрогнув, она закрыла глаза: его прикосновения вызвали бурю

неприятных воспоминаний. Перед мысленным взором проносились картины того ужасного

дня, когда она просила за Салеха, а он так грубо обошелся с ней. Она помнила каждую

секунду своего позора и каждое прикосновение его требовательных рук к себе…

Это не укрылось от его взгляда.

— Открой глаза… тебе неприятны мои прикосновения?

— Скорее, еще не совсем привычны, — прошептала еле слышно.

— Продолжай, — шепнул он и провел ладонью по плечу, зашел ей за спину, скользнул

вниз вдоль плавных изгибов и слегка сжал ягодицы, отчего она мгновенно напряглась.

Он тут же развернул ее и, обхватив рукой затылок, притянул к себе. Его лицо, такое

бездушное, ненавистное, было сейчас так угрожающе близко, всего в нескольких

сантиметрах от нее. И как бы она ни готовилась, ни настраивала себя на эту встречу,

но, снова оказавшись с ним лицом к лицу, заметно нервничала: слишком сильны были

воспоминания того дня, и слишком хорошо она знала, каким он может быть грубым и

безжалостным.

А его глубокие, пронзительные глаза, от которых не укрылось ее состояние,

внимательно наблюдали за ней.

— Что ты замолчала? Я слушаю тебя.

— Я устала бесконечно бояться… Хочу просто жить, не вздрагивая по ночам от страха, и

знать, что у меня есть завтра… — ее чувственные губы почти касались его лица.

— Ты сама себе главный враг, и пока не поймешь этого, не найдешь покоя… — его

горячее дыхание ласкало кожу.

— Потому отдаю себя в твои руки, Фалах… Не отталкивай меня... — каждой клеточкой

своего тела он ощущал ее напряжение. — Я в твоей власти, — уловил он едва заметный

горячий шепот, и впервые она по своей воле обняла его за шею и прильнула всем телом

к нему…

Холодные дрожащие губы несмело коснулись его упругих губ, слегка прижались, как

будто искали тепла… Неуверенно провела языком, едва касаясь, по четко очерченному

контуру, втянула в рот его губу, зажала зубами, слегка посасывая, попробовала на

вкус и продолжила неумелые ласки.