Отец жениха. Запретный контракт - Ира Далински Страница 13

Его глаза сужаются, и в их глубине снова вспыхивает та самая опасная, манящая искра.

— Я бизнесмен, малышка. Очень, очень законопослушный.

В уголках тёмных глаз лучиками сходятся едва заметные морщинки. Он смеётся надо мной?

На рефлексию нет времени. Дверь открывается, и нас поглощает иной мир: стерильный блеск мрамора, приглушенный свет. Здесь пахнет деньгами и недосягаемостью.Вокруг не так много людей, что понятно. Это не за хлебом в магазин пойти.

— Вам что-то нужно купить?

Оглядываюсь по витринам, рассматриваю разную одежду, глаза то и дело разбегаются среди молчаливых манекенов в нарядах ценой с мою жизнь.

— Не мне — его голос звучит прямо над ухом. Он мягко направляет меня к матовой стеклянной двери. — Тебе.

За дверью открывается царство шёлка, перьев и жемчуга. Свадебный салон.

— Заходи, Лея. Сегодня ты должна выглядеть как настоящая невеста.

Глава 9

— Зачем тратить деньги на платье? — бормочу я, заходя внутрь. — Это ведь просто формальность.

Ответом стало лёгкое прикосновение его ладони к моей спине. У меня мурашки каждый раз, когда между нами происходит контакт кожи о кожу.

— В моём мире даже фикции должны выглядеть безупречно.

Салон с вычурным итальянским названием, которое я не сумела прочесть, встретил нас холодным блеском хрустальных люстр и вежливыми улыбками консультантов. Теймур опустился в кресло, словно на трон, расстегнув пиджак и бросив короткое:

— Белое. Не кремовое, не шампань — белое.

Я теребила край рубашки, пока консультантка с ухоженными ногтями подбирала варианты.

— Ваш мужчина определённо знает, чего хочет, — прошептала она, помогая мне застегнуть первое платье.

Что бы она сказала, услышав кем мне этот «мужчина» являлся ещё тридцать минут назад?

В зеркале передо мной отражается девушка с острыми ключицами, и тонкими запястьями, которые выглядят ещё более обнажёнными в кружевном корсете на тонких лямках. Платье сто́ит больше, чем все мои вещи за последние пять лет.

Оно слишком красивое, слишком открытое для меня. Слишком «ненужное» для фиктивного брака.

— Выходи, — голос Барсова донёсся из-за ширмы.

Я сделала шаг и…

Он смотрит. Не просто смотрит — буквально изучает.

От макушки, где рыжие волосы наспех собраны в небрежный пучок, до туфель, предложенных для примерки.

Взгляд мужчины, всегда такой контролируемый, внезапно стал другим. Теймур медленно поднялся, подошёл так близко, что я почувствовала аромат его парфюма — тёплый, с горьковатыми нотками табака.

Я нервно сжимаю пальцами кружевной шов платья.

— Я не могу это принять.

Его взгляд скользит по моей фигуре, которая еще ни разу не была настолько обнажена. У меня даже груди нет, чтоб настолько оголять декольте, но консультант сказала, что такой фасон подходит именно худышкам.

— Ты выглядишь так, будто сломаешься от одного прикосновения, — сказал он тихо, вгоняя меня в краску.

Воображение рисует сцены… всякие…

— Можно купить что-то простое, — настаиваю я, — это ведь только для бумаг. Никто не будет смотреть.

Теймур медленно поднял глаза с моих голых ключиц и встретился с моим взглядом в зеркале.

— Я буду смотреть.

Консультант, почувствовав напряжение,поспешила предложить другое платье — более скромное, без итальянской вышивки, но Теймур резко поднял руку.

— Нет. Это.

Я глубоко вдохнула, смирившись. Платье облегает меня всю, подчёркивает худобу, узкие плечи, тонкую талию. Я чувствую себя неуютно. И невыносимо красиво.