Красные вина зеленые - Су Та Страница 142

— …

— Мы друзья?

— Нет. Мы соседи по палате.

— Где ты был?

— Ты не двигалась, я думал, ты умерла. Пошел искать кого-то, кто мог бы помочь, но никого не нашел.

— Я просто задерживала дыхание. Умею надолго, я сильная.

— Но это страшно! Если повторится – не пущу больше в свой бассейн!

— Ясно, жадина.

— Чем ты меня вытащил?

— Якорем.

— Зачем вам в бассейне якорь?

— Раньше тут был декоративный пиратский корабль, но папа сказал, что он мешает, и убрал его. Якорь остался и все это время валялся тут.

— Ты же не плаваешь, чем он помешал?

— Они все мои вещи уничтожили.

— Ничего. Я все равно больше не смогу участвовать в соревнованиях, пойду в школу. Когда доучусь, куплю корабль и сделаю тебя капитаном.

— Ты такой неумеха, даже браслет завязать не можешь.

— У тебя слишком тонкое запястье.

— Тогда почему ты не сделал браслет с застежкой? У этого якоря острые концы, а на шнурке нет дырочки – соскальзывает.

— Дареному коню в зубы не смотрят.

— Но такой браслет легко потерять! А если потеряется – я тебя забуду.

— Не страшно. Я буду помнить.

Глава 39

Глаза, где ветер поселился в море

(часть 9)

В девять лет у Ся Дэн, когда она второй год была членом национальной сборной, обнаружили врожденную дисфункцию костного мозга – наследственную анемию. Из-за этого она покинула команду и начала лечение.

Родители решили посвятить несколько лет исключительно ее выздоровлению. Главное, чтобы она не боялась и знала, что они всегда рядом.

Первая пекинская больница «Цзиннань» стала для девятилетней Ся Дэн вторым домом. Ее семья как раз переехала в столицу, инвестируя в недвижимость в нескольких районах города.

Она проходила обследования в течение нескольких дней, затем возвращалась домой – будто ничего и не было. Для полного выздоровления требовалась пересадка костного мозга, но врачи советовали консервативное лечение. Раз спортивная карьера окончена, а для обычной жизни ее состояние не критично – рисковать не стоит. Тем более что пересадка могла вызвать отторжение или осложнения.

Регулярные проверки были перестраховкой, но родители серьезно относились к состоянию дочери, не хотели рисковать и добросовестно водили ее на все обследования. А она просто слушалась их.

В июне в VIP-палате больницы Ся Дэн соревновалась с отцом в сборке Lego. Мама резала фрукты, кормила дочку и вытирала пот с ее лба.

Отец всегда выигрывал, собирая фигурки быстрее.

— Ты, наверное, деталей меньше взял! – возмущалась Ся Дэн.

— Не умеешь проигрывать, малышка Ся?

Она вскочила с ковра и начала массировать ему плечо.

— Можно переиграем?

— Вот эта сторона тоже болит. – Папа дернул другим плечом.

— Ну пожалуйста, господин Дин! – заискивающе пролепетала Ся Дэн, перепрыгивая от одного плеча к другому.

Мама рассмеялась.

— Слышал, господин? В тридцать лет уже старик по меркам дочери!

— Ох, предательница! – вдохнул отец, прикинувшись задетым. – В каждой семье свой чертенок.

— Зато тети в клубе говорят, что ты очень красивый!

Притворная брань папы прозвучала не особо убедительно.

Мама насторожилась.

— Вот как? – Она присела. – А что еще говорили тети, малышка?

Ся Дэн отошла в сторону, но мама взяла ее за руку.

— Скажи маме, что еще говорили тети?

— Что господин Дин Сыбай – перспективный, харизматичный, сам из грязи в князи выбился. Но главное его достижение – женитьба на госпоже Юй Янь.