Злодейка желает возвышения - Аника Град,Татьяна Антоник Страница 153

Лин Вэй низко поклонился. Его лицо было серьезным, и когда он заговорил, его голос был твердым и ясным.

— Генерал Яо, вы оказываете мне великую честь, от которой мое сердце смиренно трепещет. Я счастлив, что я отомстил за дочь и за зятя, но я вынужден отказаться. — Он выпрямился и обвел взглядом зал. — Правосудие восторжествовало сегодня не благодаря мудрости чиновников, а благодаря благородству, несгибаемой воле и мечу одного человека. Вашему благородству, генерал. Вы — герой, которого породили эти смутные времена. Вы — племянник императора, сын принцессы Хаоджу, чья кровь течет в ваших жилах. Пусть даже слухи и бросают тень на ее имя, это не умаляет вашего права по рождению. Но важнее права по рождению — ваши деяния. Кто, как не вы, с мечом в руке отстоявший законность трона, должен теперь направлять руку юного императора? Кто, как не вы, достоин быть регентом?

Я стояла за колонной и думала. Мне было известно, что Яо Вэймин не желает трона и власти. Он ее мог получить и при Юншэне, тот слишком доверял брату. А что теперь?

Слова Лин Вэя были правдивы, нет человека лучше на роль регента. Именно тот, кто не ищет могущества, кто заботится о простых людях, будет лучшим правителем. Мне ли этого не знать? Я ведь была регентом. Отвратительным и жестоким. Только Яо Вэймин и воспитает из Юнлуна достойногочеловека, научит его честности, благородству. Но что тогда станет с нами?

Все молчали, обдумывая слова господина Лин, а затем зал взорвался ропотом согласия. Чиновники, еще минуту назад дрожавшие от страха, теперь наперебой начали поддерживать предложение, видя в нем единственный шанс на сохранение своих голов и положения. "Согласны!", "Да здравствует регент Яо!", "Мудрое решение!".

Я наблюдала за этим и чувствовала горькое удовлетворение. Да, Веймин достоин. А я? Я достойна Яо Веймина? Я, согласившись на брак, даже не рассказала о своем перерождении.

Именно в этот момент, когда все взгляды были прикованы к Яо и Лин Вэю, Ван Чаосин сдвинулась с места. Она плыла, как призрак, незаметная и непричастная. Она понимала, что ее вскоре пленят, и оттого ничего не боялась. Она прошла мимо стражника, и ее рука выхватила короткий нож из-за его пояса. Стражник, ошеломленный, даже не успел среагировать.

Я увидела движение с периферии зрения, но было уже поздно. Я была ослеплена триумфом, расслабилась на миг.

— Это за моего сына, демоница, — ее пронзительный и полный вселенской ненависти вопль разрезал торжественную атмосферу зала. — Это за то, что ты погубила наш род.

Она с силой вонзила нож мне в живот, будто мясо на кухне разделывала.

Сначала я не почувствовала боли, лишь оглушительный удар, от которого перехватило дыхание, и странное, влажное тепло, разлившееся по моей одежде.

Я посмотрела вниз, на рукоять кинжала, торчащую из моего тела, словно нелепый, смертоносный аксессуар. Потом подняла глаза на ее искаженное яростью лицо, перевела взгляд на шокированное лицо Яо, который уже повернулся и делал шаг ко мне, его рука протянута вперед, его рот открыт в беззвучном крике.

Неужели это конец? После всего, что я пережила? Небеса сочли, что мне достаточно?

А потом мир накренился, поплыл, и краски стали блекнуть. Оглушительный грохот заполнил мою голову, и я почувствовала, как каменный пол невежливо и стремительно приближается. Наступила темнота.