Предатель. Ты солгал всем - Стася Бестужева Страница 17

— Надеюсь, обалдеет, — говорю я с улыбкой. — А теперь, кто голоден? Я купила продукты для особенного ужина. Хочу попробовать новый рецепт.

— Ты и готовить будешь по-новому? — удивилась Алина.

Я рассмеялась:

— Почему бы и нет? Новая жизнь… новые блюда. Кто со мной?

Глава 8

Глава 8

Новый ритм жизни постепенно становится привычным. Утром я провожаю детей в школу, затем еду в редакцию журнала. После разговора с Ириной я полностью погрузилась в работу над новой колонкой. Я беседую с женщинами, которые пережили предательство, развод, потерю любимого человека. Слушаю их истории, записываю, пытаюсь уловить то общее, что объединяет всех нас… боль, гнев, отчаяние, но также и надежду, силу, желание двигаться дальше.

В процессе этих бесед я начинаю лучше понимать и себя. Свои чувства, свои страхи. Оказывается, я не одинока в своей боли. Многие женщины прошли через подобное и смогли не просто выжить, но и начать новую, более полную и осознанную жизнь.

Вечерами я сижу за компьютером, превращая эти истории в статьи. Пишу о преодолении, о поиске внутренней силы, о важности любви к себе. Впервые за много лет я чувствую, что делаю что-то по-настоящему важное. Не просто перепечатываю пресс-релизы или пишу рецепты праздничных блюд, а создаю что-то, что может помочь другим, может вдохновить, поддержать.

Ирина в восторге от моих материалов. Говорит, что я, наконец, нашла свой настоящий голос. Что мои статьи искренние, глубокие и очень нужные нашим читательницам. С каждым днём я всё больше погружаюсь в эту новую для себя роль… роль не просто журналистки, но психолога, наставницы, подруги для всех этих женщин.

Однажды вечером, когда я допоздна засиделась над очередной статьёй, раздался звонок в дверь. Я удивилась… дети уже спали, гостей я не ждала. Подойдя к двери и посмотрев в глазок, я застыла. На пороге стоял Анатолий.

Первым порывом было не открывать. Притвориться, что меня нет дома. Я не видела его с того дня, как он забрал свои вещи. Не говорила с ним, кроме коротких сообщений по поводу детей. Что ему нужно сейчас, так поздно, без предупреждения?

Но потом я вспомнила всё, о чём писала в последние недели. О смелости, о готовности встретиться лицом к лицу со своими страхами, о важности прямого и честного разговора. Как я могу советовать это другим, если сама избегаю встречи с бывшим мужем?

Я глубоко вздохнула и открыла дверь. Анатолий стоял на пороге, держа в руках бутылку вина и букет цветов. Увидев меня, он на мгновение застыл, его глаза расширились.

— Ксюша, ты... ты выглядишь потрясающе, — выдавилон наконец.

Я посмотрела на него, на этого мужчину, которого любила половину жизни. Который был отцом моих детей, моей опорой и поддержкой. И который предал меня так жестоко и бесповоротно. Сейчас, глядя на него, я не чувствовала ни любви, ни даже ненависти. Только странную пустоту и лёгкое сожаление о годах, прожитых во лжи.

— Зачем ты пришёл, Анатолий? — спросила я устало.

Он протянул мне цветы и виноградный напиток:

— Я хотел поговорить. Извиниться. Объяснить...

— Объяснить что? — перебила я его. — Как ты спал с моей лучшей подругой за моей спиной? Как ты лгал мне годами? Как ты разрушил нашу семью?

Он вздрогнул от моего тона, но не отступил:

— Я знаю, что поступил ужасно. Знаю, что не заслуживаю прощения. Но я хочу, чтобы ты поняла… я никогда не хотел причинить тебе боль. То, что произошло... я сам не понимаю, как это случилось. Мне... мне было плохо. Я чувствовал, что теряю себя, что моя жизнь проходит мимо. А Вера... она была рядом, она слушала, поддерживала...