Я – твое сердце - Валентина Торкья Страница 20

Но, как бы то ни было, сегодня утром я снова проснулась в своей постели, в Милане.

Папа в школе на собрании. А может, у него экзамены?

Под дверь комнаты проникает запах кофе. У меня от него чешется в носу. Мама дома, никаких рейсов в ближайшее время. Кажется.

Чем бы заняться?

Я потягиваюсь в кровати и беру телефон.

Десять утра, но Такэру уже давно не спит. Он – жаворонок. Прислал мне фото собаки. Жирной черной собаки.

Не люблю собак.

Они воняют, у них вечно текут слюни, и они постоянно вертятся под ногами. Я навечно в команде кошатников. Кошки изящны, опрятны и проявляют должную долю чистейшего презрения к людям. Обожаю их. Всегда хотела кошку, но папа с мамой против.

Они, наверное, думают, что двуногое существо с больным сердцем и так доставляет слишком много хлопот. Не хватало еще пушистого четвероногого, за которым надо убирать лоток.

К тому же кошки живут еще меньше, чем человек. Здоровый человек, то есть. Интересно, как часто бьется сердце у кошек? Такэру точно знает. Он помешан на всяких подсчетах. И на животных тоже.

Я обдумываю, какими должны быть идеальные кошачьи похороны, но меня отвлекает звонок телефона.

Не моего. Домашнего. Да, да. Мои родители не желают отказываться от телефона с проводами. Им нужен этот антиквариат из 90-х. «Чтобы чувствовать связь с миром», как они говорят.

Как можно чувствовать связь с миром, пользуясь устройством, которое не подключено к интернету?

Я слышу голос мамы.

Потом наступает молчание.

У меня сжимается желудок.

Мы ждем звонка из больницы. Но Такэ ждет уже год, и ему еще не позвонили. А он в точности следует курсу терапии, диете и всем рекомендациям, которые ему дает Келлер. Даже самым абсурдным.

Такэ – Идеальный Пациент.

Я принимаю лекарства только потому, что родители кладут их мне на блюдце за завтраком. И проверяют мусор, чтобы убедиться, что я их не выбрасываю.

Может, стоит обидеться на такое откровенное недоверие? А может, они делают это потому, что рады, что у них есть я? В конце концов, я лучше кота. Я хожу в туалет, за мной не надо убирать лоток, и я не бужу их в четыре утра, потому что хочу есть. Хотя я, конечно, не такая ласковая, как кошка. И не мурлычу.

Иногда я думаю, что им стоит подумать о обмене. Обмене Бьянки на кошку.

Я напрягаю слух.

— Да, это я.

Молчание. Вздох.

— Нет, меня это не интересует, спасибо. До свидания.

Звук падения телефонной трубки на доисторический аппарат.

Желудок отпускает. Я замечаю, что сжимаю простыню. Отбой. В голове проносится едва уловимая мысль: Твое время еще не пришло.

Я встаю. Начинается мой обычный день.

В первую очередь я проверяю батарейки в Польдо. Вставляю те, что подзарядились за ночь, и ставлю на зарядку старые.

Потом иду в ванную и вожусь с набором для водных процедур.

Если мне позвонят и вызовут на трансплантацию, все это закончится?

Не хочу даже надеяться. Не верю.

Я одеваюсь и иду на кухню.

Мама приготовила легкий завтрак: фрукты, йогурт и хлопья.

Мне ужасно хочется объесться шоколадным тортом из кондитерской «Бинди», но его практически исключили из моей жизни. По крайней мере до тех пор, пока я не получу новое сердце.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как обычно. Наполовину Железный человек, наполовину Тейлор Свифт.

Мама смеется. Но не очень уверенно. И не садится.