Под вуалью страсти - Эбби Грин Страница 25

Шариф остановился.

— Я не танцую, Лия.

Она открыла рот, чтобы ответить, но Шариф уже уводил ее прочь. Когда они подошли к входной двери, их остановил ухмыляющийся пожилой мужчина.

— Каллаган, — произнес Шариф.

Мужчина наклонил голову.

— Маркетти. Я бы поздравил вас, но, как прирожденный циник, я считаю, что вы выбрали очень подходящий момент, чтобы жениться. Я еще не выяснил, что вы задумали, Маркетти, но я выясню. Не волнуйтесь.

— С таким воображением, как у вас, Каллаган, вам бы книжки писать. А вы знакомы с моей женой?

Легкий и непринужденный тон Шарифа противоречил тому напряжению, с которым он сжимал руку Лии.

Она протянула руку:

— Рада познакомиться. Меня зовут Лия.

Мужчина небрежно пожал ей руку, бормоча что-то невнятное, и ушел.

Шариф выругался себе под нос, когда они вышли из комнаты.

— Кто это был? — спросила Лия, когда стало очевидно, что Шариф не собирается вдаваться в подробности разговора.

— Всего лишь внештатный репортер.

— Что он имел в виду, говоря о подходящем моменте?

— Он просто ищет сенсацию для репортажа.

Сидя на заднем сиденье машины, Лия спросила:

— Ты всегда рано уходишь с таких мероприятий? Или только сегодня вечером?

Он разжал зубы. При встрече с репортером Шариф занервничал. На самом деле вечеринка была скучной, так как он пытался не замечать рядом с собой соблазнительную женщину в платье, которое теперь закрывала шуба.

Шариф оказался в необычной для себя ситуации. Он досадовал из-за того, что испытывает такое сильное влечение к женщине. Он привык быть желанным объектом женского внимания, но прежде всегда полностью контролировал происходящее.

Он сбился во время выступления, потому что думал только о том, что Лия сидит всего в нескольких футах от него. Более того, он остро осознавал внимание, которое она привлекала со стороны других мужчин. Раньше это его ничуть не беспокоило, потому что женщины, с которыми он встречался, были ему почти безразличны.

Он потянул галстук-бабочку, ослабляя узел. Он посмотрел на Лию и чуть не забыл, о чем она спросила. В мягком свете машины она казалась бесконечно загадочной. Ему хотелось только одного: запустить пальцы в ее волосы, притянуть голову Лии к себе и наказать ее поцелуем за то, что она так сильно отвлекает его от дел.

Он заставил себя успокоиться.

— Ты хотела остаться и потанцевать? Притвориться, что вернулась в клубы Европы?

— Я люблю танцевать. Это ведь не преступление?

— Только если тебя не вынесут из клуба вышибалы.

Он наблюдал, как она поджимает полные губы, и поерзал на месте.

— Ты не ответил на мой вопрос. Ты обычно рано уходишь с таких мероприятий?

Шариф рассердился на этот вопрос. Он не баловал откровениями женщин, которые хотели узнать о нем больше. Он ни с кем не делился своими мыслями с тех пор, как умерла его мать.

Но Лия другая. Она его жена. Поэтому он обязан ей ответить.

— Я не в восторге от вечеринок. И я не вижу смысла торчать на них после того, как дело сделано.

Лия отодвинулась в угол машины, словно хотела получше разглядеть Шарифа.

— Ты волк-одиночка. Тебе никто не нужен, Шариф.

Эти слова он часто слышал уже многие годы. Его мать тоже говорила ему об этом.

— Тебе никто не нужен, Шариф, — произносила она с характерным акцентом. — Никому не верь. Доверяй только себе. Ты сам себе лучший друг. Ты всегда будешь знать, что делать. — Она отлично усвоила суровый урок от отца Шарифа, когда тот пре дал ее доверие, украл ее приданое и разбил ей сердце.