Развод с генералом. Больше не подчиняюсь - Виолетта Весна Страница 28

Демьян перевел взгляд на нее.

— Баженова, вы сейчас представляете интересы моей жены, а не свидетеля по служебной проверке.

— Совершенно верно. Именно поэтому я не позволяю, чтобы рядом с моей клиенткой происходили неоформленные разговоры, которые потом можно будет повернуть против нее. Кира Витальевна сама обратилась к Есении. В разговоре уже прозвучала фамилия моей клиентки, название фонда и возможная подделка подписи. С этого момента я не могу сделать вид, что это чужая история.

Говорила она спокойно, почти доброжелательно. Но в ее голосе была та самая сухая прочность, из-за которой с ней не хотелось спорить на слабых основаниях.

Демьян это понимал.

Он снял пальто, повесил его на спинку свободного стула и сел. Только после этого сказал:

— Тогда давайте говорить при всех. Кира, почему ты ушла из квартиры?

Кира посмотрела на него с напряжением, которое не было похоже ни на вину, ни на почтение. Скорее на усталость человека, которого долго пытались сохранить в безопасности, не спрашивая, выдержит ли он такую безопасность.

— Потому что Виталий Обрядов пришел туда с пакетом. Он знал адрес. Вы говорили, адрес знают только двое ваших людей и вы.

— Так и было.

— Значит, стало не так.

Ее голос дрогнул, но она не опустила глаза.

Демьян молчал несколько секунд. Я видела, как он сдерживает привычный ответ. Наверное, хотел сказать, что разберется, что ей не нужно думать об этом, что сейчас главное — вернуться под охрану. Но в нашем присутствии эти слова звучали бы слишком знакомо.

— Ты права, — сказал он наконец. — Это означает утечку.

Кира словно не сразу поверила, что он признал ее вывод.

— Я пыталась позвонить вам утром, но ваш телефон был занят. Потом мне показалось, что если я останусь, то через час за мной придут уже не с пакетом.

Мужчина, который приехал с Демьяном, стоял у соседнего столика и разговаривал с охраной бизнес-центра. Он не вмешивался, но внимательно отслеживал вход.

— Почему ты написала Есении? — спросил Демьян.

Вопрос был задан ровно. Но я услышала под ним другое: почему не мне?

Кира тоже услышала.

— Потому что вокруг нее уже начали строить версию. И потому что в заметках Павла есть ее фамилия. Если я отдала бы все только вам, вы бы снова сказали, что ей лучше пока ничего не знать.

Демьян посмотрел на меня.

Я не отвернулась.

— Я бы сказал, что сначала нужно проверить, — ответил он.

— А разница? — Кира устало покачала головой. — Для вас проверка — это порядок. Для нас это дни и недели, когда кто-то другой решает, сколько правды нам выдержать. Павел тоже проверял. Молчал, пока не будет точно. Ждал, пока соберет все красиво. А потом я хоронила мужа и слушала, что он просто устал и уснул за рулем.

Слово «устал» неприятно зацепило меня. Вчера меня тоже уже пытались объяснить усталостью.

Демьян опустил взгляд на свои руки.

— Я не Павел.

— Нет, — сказала Кира. — Вы сильнее. Поэтому с вами страшнее спорить.

Он принял и это.

Странно было видеть, как Демьян молчит там, где раньше обязательно поставил бы точку. Я не знала, что это: настоящая попытка слушать или понимание, что любая жесткость сейчас только подтвердит все сказанное.

Мира положила перед ним лист из блокнота.

— Здесь кратко: время появления Обрядова, описание пакета, маршрут, по которому Кира Витальевна вышла из квартиры. Еще она показала Есении копию заметки Павла Лаврова. Там указаны инициалы ЭК и РТ рядом с подписью Есении Павловны и проектом восстановительного модуля. Фото копии у нас есть.