Развод. Бывшая жена генерала - Виолетта Весна Страница 3

— Я не собираюсь спорить. Решение принято.

— Тобой.

— Да.

Честно. Жестоко. По-мужски, как он это понимал.

— И что дальше? Ты уже всё расписал, я уверена.

— Квартира на Петровском останется тебе. Лизе будет обеспечено всё необходимое.

— Как и мне, да? Чтобы бывшая жена генерала жила прекрасно и не создавала неудобств?

В его глазах мелькнуло раздражение.

— Ты жила прекрасно, Софья.

Она уставилась на него, будто он ударил её.

Вот оно.

Не «ты была важна». Не «мне жаль». Не «я виноват». Просто — «ты жила прекрасно». Как о человеке, которому выдали полный пакет привилегий и теперь просят уйти без претензий.

— Понятно, — сказала она тихо.

Максим, кажется, только сейчас понял, что именно произнёс. Но слово уже лежало между ними — как приговор всему, что она терпела, оправдывала и называла любовью.

— Я имел в виду другое.

— Нет. Именно это ты и имел в виду.

Он шагнул к ней.

— Софья.

— Не надо.

Она подняла ладонь, он остановился.

В коридоре что-то скрипнуло.

На пороге стояла Лиза — босиком, в длинной серой футболке, с растрёпанными волосами. С лицом человека, который вышел за водой и оказался на краю чужой пропасти. Её взгляд метался от матери к отцу и обратно. Слов она могла не слышать всех — но дети редко слышат слова. Они слышат катастрофу.

— Что происходит? — спросила она.

— Лиза, милая...

— Что значит развод?

Голос сорвался на последнем слове.

У Софьи похолодела спина. Услышала. Не объяснение — только самое страшное. Самое достаточное.

Максим выпрямился.

— Лиза, иди к себе. Мы поговорим позже.

Она перевела на него взгляд, полный такого ошеломления, что у Софьи внутри всё сжалось.

— Это правда?

Он молчал всего мгновение, но и этого было достаточно.

— Да.

— Ты уходишь?

— Вопрос будет решён иначе.

— Иначе? Как — иначе? Вы что, нормально говорить не умеете?

— Лиза, — жёстко произнёс он.

— Не надо на меня так!

Софья обняла дочь за плечи, чувствуя, как та дрожит. Тонкая, горячая, ещё по-детски хрупкая.

— Пойдём ко мне.

— Нет, я хочу знать сейчас! — Лиза дёрнулась, сбрасывая её руку, и в этот момент стала вдруг очень похожа на отца — тем же резким поворотом головы, той же яростной прямотой. — У тебя кто-то есть?

Софья закрыла глаза. Только не так. Только не здесь.

Но Максим и здесь не отступил.

— Сейчас не время для этого разговора.

— Значит, есть, — выдохнула Лиза.

И заплакала. Не красиво, не тихо — по-настоящему, захлёбываясь, резко, будто маленький внутренний мир лопнул прямо здесь, среди хрусталя и безупречно сервированного стола.

Софья сразу прижала её к себе.

— Тише, тише, моя хорошая...

— Ненавижу вас, — рыдала Лиза. — Обоих. Вы всё время молчите, а потом вот так!

Максим шагнул вперёд, и Софья — не думая, не решая — заслонила дочь собой.

Жест был маленький, почти неосознанный. Но он был.

Максим остановился. И в его лице впервые за вечер мелькнуло что-то человеческое. Не растерянность даже — удар. Будто только сейчас он увидел, что распоряжается не бумагами и не репутацией, а живыми людьми. Один из которых только что закрыл от него ребёнка.

— Я не причиню ей вреда, — тихо сказал он.

Софья смотрела на него поверх головы дочери.

— Уже причинил.

Лиза рыдала у неё в плече. Максим отвёл взгляд — впервые за много лет не выдержал её глаз.

Уходя, в дверях Софья остановилась.