Магия найденных вещей - Мэдди Доусон Страница 3

В зависимости от того, чем все закончится.

Может быть, я уволюсь с работы в маркетинговом отделе издательства, буду выступать на ток-шоу и давать людям советы. Меня будут представлять «Фронси, эксперт по свиданиям».

Джад тяжко вздыхает.

— Как обычно, все не то. Ничего интересного. Она совершенно не разбирается в футболе. Постоянно пялилась в телефон. Повезло, что мне удалось сбежать. Позвонила одна из моих старушенций, попросила приехать и прочистить раковину, она сильно забилась. Вот такой вечер пятницы. Прочищал слив на кухне у Мейбл.

— Ха! Это такой эвфемизм?

Он смеется.

— Если бы!

Да, у Джада есть целая свита из безнадежно влюбленных в него старушек. И кстати, не только старушек. Он владеет небольшим фитнес-центром; помимо стройного, подтянутого и мускулистого тела, у него очень красивые карие глаза, а еще брутальные черты лица – так что женщины всех возрастов толпами ходят к нему на тренировки. Дамы старше семидесяти постоянно твердят, что ему надо жениться на ком-то из них. Кажется, Мейбл – я точно не помню – говорит, что если он не хочет жениться на ней, то пусть женится на ее сорока-с-чем-то-летней дочери или на двадцати-с-чем-то-летней внучке. Хотя бы кто-то из их семьи должен выйти за него замуж.

— Ладно, пройдемся по списку, – говорю я. – Эта рыжеволосая медсестра, живущая с мамой, похожа на свое фото в профиле?

Джад снова вздыхает.

— Кто ж знает? Я даже не помню. Запиши «нет». Никто из тех, с кем я встречался, не похож на свою фотографию в профиле.

— Она просила тебя рассказать о себе? Интересовалась, что тебе интересно?

— Даже не заикнулась.

— Ясно. Дальше можно не спрашивать. Общая оценка от одного до десяти?

— Э-э-э… ну, давай полтора. Это полный провал. Мы пили пиво, она постоянно поправляла прическу, долго рассуждала, что футбол – аморальная игра, а потом у меня зазвонил телефон, и я быстренько смылся. Конец истории. – Судя по его дыханию, он выполняет какие-то упражнения, пока мы беседуем. Разговаривая по телефону, Джад не тратит времени зря: делает приседания или наклоны. – Ладно, – говорит он, – теперь твоя очередь.

— У меня все ужасно. Бездна отчаяния. Дурацкая стрижка. Ни одного вопроса о моих интересах. Работает в крупной фирме… бла-бла-бла… переживает по поводу участившихся киберпреступлений. Был женат дважды. Жаловался на то, что мужчина больше не может быть собой рядом с женщиной. В общем, пещерный житель.

— Все эти свидания – полный отстой. – Он пыхтит и отдувается. – Пойдем лучше поужинаем.

О чем бы ни шел разговор, Джад все сведет к ужину или обеду.

— К счастью или к несчастью, – продолжаю я, – есть еще три кандидата, которые желают встретиться со мной за чашечкой кофе. Двум я отказала, но третий кажется перспективным. Пожарный, основавший фонд помощи детям, чьи родители погибли одиннадцатого сентября[2]. Только из-за этого уже можно выйти за него замуж.

— Мило, да. А теперь пойдем ужинать.

— Нет-нет! Мы с Мистером Свонки уже почти спим, и он к тому же не хочет, чтобы я уходила. Да, Мистер Свонки, мой сладкий песик? – Я чешу мопса за ухом, он потягивается со сна и, клянусь, улыбается мне.

— Мистер Свонки не может выразить свое мнение, но если бы мог, то, к счастью для всех, он понимающий и всепрощающий пес, который желает хозяйке только самого хорошего, – говорит Джад. – В общем, встречаемся на лестничной площадке через пять минут. Мне надо сообщить тебе кое-что важное.