Развод на двоих не делится - Виолетта Весна Страница 34

Может, просто сил не осталось.

От Артема последнее было:

«Ты у Орлова?»

Она смотрела на экран.

Вот оно.

Значит, узнал.

Может, Сергей. Может, кто-то с мероприятия. Может, сам догадался. Неважно.

Раньше она стала бы объяснять: это не то, что ты думаешь; я просто показывала работы; это профессионально; не надо злиться.

Теперь она написала:

«Да. Работаю над тестовым проектом».

Ответ пришел через минуту:

«Ты понимаешь, как это выглядит?»

Алина смотрела на фразу и вдруг вспомнила клиентку с квартирой на Кутузовском: “Чтобы пришли люди и поняли, что со мной все нормально”.

Выглядит.

Опять выглядит.

Она напечатала:

«Нет. Я сейчас пытаюсь понять, как это работает».

И отправила.

Сердце опять забилось быстро. Но не так страшно.

Почти сразу Артем начал печатать.

Потом перестал.

Снова начал.

Алина не стала ждать.

Убрала телефон, выключила ноутбук и начала собирать листы.

Орлов вышел из переговорной с папкой в руках.

— На сегодня все?

— Да.

— Как ощущения?

Она подумала.

Можно было сказать: страшно. Глупо. Стыдно. Живо. Так, будто я сегодня впервые за неделю не просто выживала, а делала что-то руками.

Сказала:

— Я очень устала.

— Хороший признак.

— Разве?

— Если от работы — да.

Он задержал взгляд на ее папке.

— Завтра приходите к десяти, если можете. В одиннадцать посмотрим еще раз.

— Могу.

А потом поправилась:

— Приеду.

На улице уже стемнело. Воздух был холодный, но сухой. Алина застегнула пальто, дошла до остановки такси и вдруг поняла, что не хочет сразу к Марине. Не потому, что там плохо. Просто ей нужно было несколько минут побыть одной без чужих вопросов, даже добрых.

Она пошла пешком вдоль набережной.

Недолго. До следующего перекрестка.

В сумке лежали распечатки, блокнот, договор с адвокатом, миндаль и телефон, где Артем наверняка уже написал еще что-нибудь.

Алина не доставала.

Она шла и думала о квартире на Кутузовском. О женщине, которая не хотела “бабьих штучек”. О коридоре, который должен стать не проходом, а возвращением. О спальне, где можно снять с себя лицо успешной, спокойной, неразрушенной женщины и просто лечь.

Потом поймала себя на том, что думает о чужой квартире с такой внимательностью, с какой давно не думала о себе.

И это почему-то было правильно.

У светофора она остановилась и наконец достала телефон.

От Артема было одно сообщение:

«Ты делаешь это назло мне».

Алина перечитала.

Ответила не сразу.

Зеленый загорелся, люди пошли, а она осталась стоять на краю тротуара.

Потом написала:

«Нет. Не все в моей жизни теперь про тебя».

Отправила.

И перешла дорогу.

ГЛАВА 5. Дом, который больше не дом

Алина вернулась в квартиру через четыре дня.

Не потому, что стала готова.

Просто у нее закончились нормальные вещи.

У Марины она уже третий день носила одни и те же джинсы, два свитера по очереди и футболку с надписью «Не сегодня», которую Марина теперь называла «твоей разводной формой». Можно было купить новое, но мысль о магазине почему-то раздражала сильнее, чем мысль о встрече с Артемом. Покупать трусы, пока в их общей спальне лежат ее ящики с бельем, казалось капитуляцией.

Еще дома остался диплом.

Адвокат напомнила о нем дважды.

— Диплом, трудовые документы, старые договоры, если есть. И все, что подтверждает вашу профессиональную деятельность, — сказала Валерия Игоревна сухо. — Не откладывайте. Чем дольше документы находятся в чужом доступе, тем больше шансов, что они “вдруг не найдутся”.