Обесчещенная. Невеста по ошибке - Мила Реброва Страница 35

— Ты молчишь уже несколько часов. Тебе удобно? Может, сделать остановку?

— Нет, спасибо, — ответила я тихо и, чуть помедлив, добавила: — Прости, что доставляю тебе столько хлопот, Имран.

Он снова посмотрел на меня, теперь уже внимательнее и мягче, затем вздохнул и спокойно сказал:

— Айшат, прекрати винить себя. Это не твоя вина. Я волнуюсь не потому, что ты причиняешь неудобства, а потому, что беспокоюсь за твоё здоровье.

В его голосе прозвучало что-то настолько искреннее, что сердце моё невольно сжалось от благодарности и облегчения. Немного осмелев, я посмотрела на него и, пытаясь разрядить напряжение, тихо спросила:

— А ты часто так далеко ездишь?

Имран улыбнулся уголками губ, уловив моё желание поговорить, и кивнул:

— Да, раньше часто приходилось. Я люблю ездить на машине — это помогает привести мысли в порядок. А ты?

— Я почти не путешествовала, — призналась я с лёгкой грустью. — Когда была маленькой, сильно болела, и родители переживали, старались держать меня ближе к дому.

Он удивлённо посмотрел на меня, слегка замедлив машину:

— Я не знал. У тебя было такое трудное детство?

Я слабо улыбнулась и пожала плечами:

— Не такое уж трудное. Просто я всегда была слабой, носила очки с раннего детства. Из-за этого мне было сложно заводить друзей, и я привыкла проводить время одна — читала книги, рисовала.

— Ты рисуешь? — спросил он, искренне удивляясь. — Я не знал об этом.

Я смущённо опустила глаза, чувствуя, как щёки покрываются лёгким румянцем:

— Да, это моё любимое занятие с детства. Когда я рисую, забываю обо всём на свете. Жаль только, что никогда не получалось показать кому-то свои рисунки.

— Я бы хотел посмотреть, — произнёс Имран мягко и серьёзно, снова бросая на меня внимательный взгляд. — Почему ты никогда не показывала их мне?

— Мне казалось, тебе это не будет интересно, — призналась я тихо.

— Зря так думала, Айшат. Мне интересно всё, что связано с тобой.

В его голосе было столько искренности и тепла, что сердце моё сладко сжалось. Я улыбнулась и почувствовала, что напряжение между нами постепенно уходит, уступая место какой-то новой и очень приятной близости.

Когда мы сделали остановку на небольшой заправке, я вышла из машины, чувствуя лёгкую слабость и головокружение. Усталость от долгой дороги дала о себе знать, и я невольно опёрлась рукой о дверь автомобиля, прикрыв глаза.

— Айшат, что случилось? Тебе снова плохо? — встревоженно спросил Имран, быстро подходя ко мне и крепко обхватывая за плечи.

— Немного закружилась голова, скоро пройдёт, — тихо ответила я, слабо улыбнувшись, чтобы успокоить его.

— Садись обратно в машину, отдохни немного, — настойчиво сказал он, аккуратно усаживая меня на пассажирское сиденье. — Я сейчас.

Имран поспешно зашёл внутрь небольшого кафе на заправке и через несколько минут вернулся, держа в руках стаканчик горячего чая и шоколадку.

— Выпей, это поможет, — мягко произнёс он, протягивая мне чай. Затем снял свою куртку и заботливо укрыл мои плечи, защищая от прохладного утреннего ветра.

От этой неожиданной и трогательной заботы на глаза навернулись слёзы. Я взглянула на него с благодарностью и тихо прошептала:

— Спасибо, Имран. Мне правда уже лучше.

Он слегка улыбнулся и сел рядом, внимательно наблюдая, как я осторожно пью горячий чай. Его взгляд был настолько тёплым и бережным, что я впервые почувствовала себя по-настоящему защищённой и нужной ему.