После измены. Я больше не верю в любовь - Ольга Дашкова Страница 35

— Думаешь, мы быстро? – спросила, устраиваясь на пассажирском сиденье его джипа.

— Часа три с половиной. К обеду будем на месте.

Рыжий жалобно мяукал в переноске на заднем сиденье. Не хотелось оставлять его одного в квартире, да и кто знает, сколько мы пробудем в Москве. Мы выехали из Вязьмы, когда солнце уже поднялось над горизонтом, окрасив снежные поля в розоватый цвет. Красиво, спокойно. Хотелось думать, что это хороший знак.

Первый час мы ехали молча. Алексей сосредоточился на дороге, а я смотрела в окно и пыталась настроиться на предстоящие разговоры с Валерой, с которым все равно придется встретиться.

— Не накручивай себя, – сказал Алексей, словно прочитав мои мысли. – Все будет хорошо.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я не позволю ему тебя обидеть. Больше никогда,– в его голосе была такая уверенность, что я почти поверила. Почти.

Дорога была хорошей, движение – не слишком плотным. Мы уже проехали треть пути, когда я заметила, что Алексей периодически озабоченно поглядывает в зеркало заднего вида.

— Что-то не так?

— Возможно. За нами уже километров сорок едет одна и та же машина. Серый BMW.

Сердце екнуло. Я обернулась, но из-за тонированных стекол джипа ничего толком не разглядела.

— Может, просто совпадение?

— Может быть, – но голос Алексея был напряженным. – Сейчас проверим.

Он включил поворотник и свернул на заправку. Серый BMW проехал мимо, не останавливаясь, я с облегчением выдохнула.

— Показалось?

— Да, наверное.

Мы заправились, купили еще кофе и снова выехали на трассу. Но через полчаса в зеркалах снова появилась та же серая машина. На этот раз Алексей ничего не сказал, но я видела, как напряглись его плечи.

— Это Валера? – спросила шепотом, словно боялась, что нас услышат.

— Возможно. Или кто-то из его людей.

— Что будем делать?

— Пока ничего. Просто едем дальше. Если что – у меня есть план.

Я не стала спрашивать, что это за план, полностью доверяла Алексею, но тревога нарастала с каждым километром. Мы уже подъезжали к съезду, когда произошло то, что изменило все.

Сначала машину слегка тряхнуло, потом еще раз. Алексей нахмурился, попытался затормозить, но педаль тормоза провалилась до самого пола.

— Черт, – выдохнул он.

— Что случилось?

— Тормоза.

Скорость была приличная – километров девяносто. Впереди был поворот, довольно крутой. Алексей попытался снизить скорость двигателем, но машина продолжала мчаться вперед.

— Держись, – коротко сказал он.

Я вцепилась в ручки кресла. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Рыжий в переноске жалобно мяукал. Алексей крутил руль, пытаясь удержать машину на дороге. На встречной полосе появились фары – прямо на нас мчалась огромная фура.

— Леша! – закричала я.

— Вижу!

Он резко повернул руль вправо, и машина съехала на обочину. Мимо пронеслась фура, едва не задев нас зеркалом. Но впереди было дерево – огромная сосна, толстая, как столб. Время замедлилось, я видела, как к нам приближается ствол, видела напряженное лицо Алексея, слышала его голос:

— Снежана, пригнись!

Но я не могла пошевелиться. Смотрела на приближающееся дерево и понимала – сейчас будет больно. Очень больно.

Удар пришелся на правую сторону машины. Меня швырнуло вперед, ремень безопасности больно врезался в грудь. Звук был оглушительным – треск, скрежет металла, звон разбитого стекла. Потом наступила тишина.