Любовь на кафедре - Дженнифер Смит Страница 37

Ее голубые глаза выжидающе смотрели на него.

— Ладно. А что ты хочешь знать?

Она хлопнула в ладоши, как восторженный ребенок, и заерзала на диване, поворачиваясь к нему лицом и поправляя положение больной ноги.

— Что я хочу знать? Хм… — Ее глаза загорелись: она придумала, что спросить. — Мороженое с малиновым сиропом или с карамельным?

— Что? — растерянно заморгал он. — Э-э-э… С малиновым, наверное.

— Правильный ответ! — просияла она.

— А почему ты спрашиваешь про мороженое? — Может, он упустил какой-то важный социальный ритуал, связанный с мороженым?

— А ты хотел поговорить о семье или о том, почему скрывал от коллег свою настоящую фамилию? — спросила Лила, обвиняюще наклонив голову. Он нахмурился и сжал кулаки. — Ты всегда хотел стать историком?

Ответ на этот вопрос был слишком тесно связан с его семейными проблемами, а Рис пока не был готов углубляться в эти дебри. Это было слишком сложно и причиняло слишком сильный стресс, а еще ему совершенно не хотелось говорить об этом, сидя на мягком диванчике в гостиной Лилы Картрайт.

— Хм… — промычал он вместо ответа.

— Ладно, спрошу что полегче, хотя мне казалось, что и предыдущий вопрос был легким, — выпалила она. — Кикбоксинг. Расскажи о кикбоксинге.

Рис виновато на нее посмотрел:

— Я расскажу тебе все о своей семье перед приемом, обещаю. Просто сегодня я еще не готов.

Рис поразился, как много у нее было разных улыбок: например, сейчас она улыбалась понимающе и сочувственно. Теперь он понял, почему студенты вечно торчали у нее в кабинете — из-за этой улыбки. И из-за печенья, разумеется.

— Ничего, у нас еще будет время. Будет же? Когда прием?

Рис кивнул:

— Еще нескоро.

— Ну вот и отлично. Значит, расскажи про кикбоксинг.

— Кикбоксинг, — повторил Рис и улыбнулся. Как легко было общаться с ней! Она понимала, что есть темы, на которые он говорить не хочет и не может, и не допытывалась. Казалось, он был интересен ей сам по себе: его деньги и слава ее не интересовали. Это была большая редкость. — Пару лет назад Дэн убедил меня начать тренироваться. Сказал, что кикбоксинг поможет проработать мои, как он выразился, «серьезные проблемы с гневом».

— У тебя проблемы с гневом? — насмешливо спросила она. — Никогда бы не подумала.

— Мисс Картрайт, вы что, прикалываетесь? — нахмурился он. Судя по всему, так и было, но иногда он предпочитал уточнить, а не гадать.

— Да, Рис Обри, я прикалываюсь.

— О. — Что ж, он уточнил, а она ответила. — В общем, да, оказалось, что у меня «серьезные проблемы с гневом».

— И как, помогло?

Ее белокурые волосы растрепались и завивались у ключиц. Они напоминали шелк.

— Более-менее.

На самом деле тренировки пошли ему на пользу. Эти два часа в неделю помогали выпустить накопившуюся негативную энергию и стали безопасной отдушиной для гнева. А еще ему нравилось колошматить Дэна.

Ее пухлые розовые губки удивленно округлились.

— Погоди, выходит, раньше ты был еще злее?

— Хватит, теперь я знаю, что ты точно прикалываешься. — Он прищурился и посмотрел на нее, но у него не получалось на нее сердиться. Впрочем, он и не хотел. Ему нравилось отвечать на ее вопросы.

— Что еще? Расскажи что-нибудь еще. — Она театрально откинула голову на спинку дивана, и он не смог сдержать улыбку. Он мысленно добавил чрезмерную склонность драматизировать к списку причин, почему Лиле не стоило становиться координатором кафедры. Хотя его это уже почти не раздражало.