Счастье без имени - Саша Березина Страница 37

«Мой совет – не пытаться насильно вспомнить. Просто живите. Вы можете вести дневник, записывая в него то, что вам покажется важным. Не пытайтесь угадать, какой вы были до несчастного случая. Записывайте то, что вам запомнилось больше всего из прошедшего дня».

«Спасибо!»

«Если у вас будут вопросы, вы всегда можете обратиться ко мне за консультацией здесь или по контактам, которые я вышлю отдельным сообщением».

«Хорошо. Спасибо ещё раз!»

Таня сохранила контакты в телефон. Она надеялась, что у неё ещё выдастся возможность побеседовать с Евгенией.

* * *

Таня всё чаще уходила гулять одна. Жаркое лето радовало солнечной погодой, и ей просто не сиделось дома. Иван каждый раз волновался, но она с каждым днём всё больше оживала, и он просто не мог противиться, когда Таня, вся такая лёгкая, воздушная и радостная, махала ему рукой и исчезала за дверьми. Возвращаясь, она подробно рассказывала, где была, что видела, и по её описаниям он точно прослеживал её маршрут.

— Вань, я пошла!

— Уже?

— Ты совсем заработался, – улыбнулась она и легко чмокнула его в щёку. – Пока!

Таня скрылась за дверьми, оставив нежный влажный след на коже, который Ваня накрыл ладонью. Она даже не поняла, что сейчас сделала, а он стоял и смотрел на закрывшуюся дверь, пытаясь найти хоть какое-то равновесие.

Таня и правда всё больше расцветала вслед за вишнями, яблонями и сиренью. Ваня чувствовал, что с трудом противится её обаянию, которое вдруг открылось в ней с невероятной силой. Она была словно бутон тюльпана, который раскрывается навстречу теплу. Её как будто немного отпустило. А тем временем её предполагаемый отъезд был всё ближе с каждым днём, хотя у неё по-прежнему не было ни документов, ни другого жилья, ни работы. И это заставило Ивана спрятать улыбку и отправиться в мастерскую работать. Но в этот раз ни один заказ не был в состоянии увлечь его. Поэтому он положил перед собой набор стамесок и портрет Тани.

А сама Татьяна в этот миг обходила район, где они жили, и свернула на дорогу, по которой раньше не гуляла. Высоченные сосны пропускали солнечный свет на неширокую асфальтированную дорожку, на которой не смогли бы разъехаться два автомобиля, и Таня шла, вдыхая всей грудью чистый воздух. Она не могла вспомнить, где бывала раньше, но это место стало ей родным. И если бы у неё спросили, где самое лучшее место на земле, она бы сказала: Вяземск, под Москвой.

Дома остались позади, но впереди Таня видела просвет, и чем ближе она к нему подходила, тем явственней слышала детский смех и голоса. А ещё через пару минут она вышла на детскую площадку, которая так удачно спряталась в лесу. Впрочем, дальше Таня увидела дома, просто она никогда не думала, что кто-то живёт ещё дальше от города, чем они с Ваней.

На лавочке сидела женщина, которая ногой покачивала коляску, а руками очищала мордашку трёхлетнего мальчишки; по огромному кораблю-лазилке бегали дети постарше. Таня присела рядом и поздоровалась с женщиной.

— Все ваши?

— Ага, четверо.

— Как вы справляетесь?

— Потихоньку.

Немного помолчали.

— А у вас есть дети? – спросила незнакомка.

— Нет. Вроде бы нет.

— Вроде бы?

— Это длинная история.

— А я не спешу. – Женщина бросила взгляд в сторону лазилки и крикнула: – Слава! Осторожней!

И Таня, повинуясь неясному порыву, рассказала о том, как упала в озеро, как потеряла память, и вот уже почти месяц живёт с человеком, который спас её. Так легко было говорить с незнакомой женщиной, которая участливо и внимательно слушала её. Возможно, потому что, кроме Вани, она ни с кем не дружила, и Тане не хватало общения.