Жена, которой не было в документах - Виолетта Весна Страница 37

— Рената приехала по работе.

— Работа не требует трогать волосы моей дочери.

Рената заговорила первой, не дав Гордею ответить:

— Таисия Сергеевна, я понимаю, что сейчас мое присутствие кажется вам болезненным.

Но объективно у Гордея Аркадьевича сложный период. Компания, развод, банковские обязательства, дети.

Я стараюсь минимизировать хаос.

— Хаос, — повторила Таисия.

— Снова это слово.

У вас с Гордеем общий словарь?

— У нас общий проект.

— Какой именно? Компания или мой развод? Глаза Ренаты чуть сузились.

— Вы воспринимаете все слишком лично.

Таисия засмеялась.

Не громко.

Но Рената на секунду напряглась.

— Слишком лично? Женщина стоит в моей столовой, рядом с моим мужем, держит расческу моей дочери и объясняет мне, что я воспринимаю это слишком лично.

Гордей подошел ближе.

— Рената, иди в кабинет.

— Гордей Аркадьевич— Иди.

На этот раз в его голосе прозвучал приказ.

Рената кивнула, взяла планшет и ушла.

Но, проходя мимо Таисии, задержалась на долю секунды.

— Извините, если мое присутствие было неуместным.

— Было, — сказала Таисия.

— Извинение принято не будет.

Рената вышла.

Гордей и Таисия остались в столовой.

У окна тихо тикали часы.

Где-то наверху Марта открыла и закрыла ящик.

В детской Савелия что-то упало на пол, потом раздался его сонный возглас:

— Я не разбил!

Таисия почти улыбнулась, но не позволила себе.

Гордей смотрел на нее устало.

— Ты собираешься теперь превращать каждый день в поле боя?

— Нет. Только те дни, когда ты приводишь Ренату в детскую часть дома.

— Она не была в детской.

— Пока.

— Таисия.

— Гордей.

Он потер переносицу.

— Я не спал почти всю ночь.

— Мне жаль.

— Не похоже.

— Я тоже не спала почти всю ночь. Только не из-за банковского пакета, а потому что пыталась понять, когда именно ты решил, что меня можно заменить по частям.

В спальне, в документах, в утренней прическе Марты.

— Никто тебя не заменяет.

— Нет?

— Нет.

— Тогда почему Рената знает, где лежат школьные папки Марты?

Он замолчал.

Таисия сразу поняла.

Знает.

— Откуда? — спросила она.

— У нее был список расписаний детей.

— Зачем?

— Для подготовки соглашения.

— Соглашения о разводе?

— Да.

— Значит, ты передал ей расписание моих детей.

— Наших детей.

— Тогда почему я узнала об этом последней?

Гордей не ответил.

Она сделала шаг к столу, взяла расческу и подняла ее.

— Видишь эту вещь?

— Таисия, не надо.

— Видишь?

— Да.

— Для тебя это мелочь. Для меня — знак, что в мой дом уже вошла женщина, которой ты доверил не только цифры, но и наш семейный распорядок. Ты можешь сколько угодно говорить, что она просто сотрудник.

Но сотрудники не знают, какая лента лучше подходит к форме моей дочери.

Он смотрел на расческу в ее руке так, будто она была опасным предметом.

Может, так и было.

Иногда маленькие вещи режут глубже ножа, потому что в них невозможно спрятаться за юридические формулировки.

— Я не думал, что это так выглядит, — сказал Гордей.

— Неправда.

Он поднял глаза.

— Что?

— Ты думал. Просто решил, что я проглочу.

Он сжал губы.

— Ты стала жестокой.

— Нет. Просто раньше я была удобной. Сверху сбежал Савелий.

В одной носке.

С волосами, торчащими в разные стороны, и с тем самым динозавром в руке.

— Мам, у меня второй носок убежал.

Он остановился на пороге столовой, увидев лица взрослых.