Пирог с корицей - Аля Гром Страница 38

Ярмилка вздрогнула. «Неужели Тим — это ребенок королевской четы?»

— Так вот, — продолжил Сэм свой рассказ, — я сидел под деревом, когда внезапно появились волки. Волк-отец посмотрел на меня и мысленно сказал: «Привет, Сэм, наконец-то мы тебя нашли. Я рад, что ты жив, твоя мать — у меня на родине. Скоро здесь появятся наемники. В любом случае — позаботься о своем двоюродном брате. Тимьян — тоже единственные наследник своего государства».

И не успел я согласно кивнуть головой, что понял его, как волчица уже передала мне своего малыша и всталав оборону рядом с мужем.

Из глаз Сэма потекли слезы.

— Ты даже не представляешь, как быстро все случилось. Эта стая налетела, словно туча. Со всех сторон они бросались на волков, все сразу, ни останавливаясь ни на секунду. А я. Я мог только прижимать к себе брата, и надеяться, что нас не заметят. Через несколько мгновений все было кончено. А потом пришла ты.

— Мне очень жаль, — прошептала еле слышно Ярмилка, — твой отец, твой дядя с тетей — это все так ужасно… И, больше не сдерживаясь, Ярмилка зарыдала.

— Я отомщу! Я уничтожу всех, кто имел отношение к гибели двух королевских семей, — ноздри Сэма гневно раздувались, а на сжатых кулаках забелели костяшки, — теперь, когда ты очистила меня от проклятья, я смог снять иллюзию отца и снова выгляжу, как принц! И я буду принцем. Я верну себе трон, чего бы мне это не стоило.

Ярмилка сидела на бревне и всхлипывала, закрывая ладонями лицо, не глядя на нее, куда-то в сторону смотрел и юный принц. Между ними повисла тишина.

«Что же теперь будет? Как все странно и не понятно, — роились в голове девушки печальные мысли, — Сэм. Что теперь с ним будет? Куда он поедет? Кто сможет ему помочь? … Как жаль, что он не хочет остаться здесь. Мы… хотя нет, нет никакого «мы»! Сэм всегда будет принцем, даже без короны, его сердце осталось там, во дворце, а я… я просто глупая деревенская девчонка, которая решила, что она может понравиться принцу».

Вдруг из-под куста высунулась любопытная мордашка и чуть влажный нос ткнулся Ярмилке в ноги.

— Тим, — нежно улыбнулась и погладила она волчонка, — потом её рука замерла и она испуганно спросила у Сэма, — А когда он превратиться в мальчика? Он же сможет?

— Сможет, — не очень уверенно ответил Сэм, — но для этого ему нужна поддержка рода, первые превращения должны происходить рядом с такими же, как они. Но это сейчас не возможно. Его отца предал кто-то из близкого окружения, но я не знаю, кто. Поэтому везти малыша на родину — сейчас будет очень для него опасно. Пусть его враги считают, что он погиб вместе с родителями. А когда он вырастет, то без труда вернет себе трон, по закону крови. У оборотней с этим очень строго. Каждый из них чувствует альфу, а уж тем более под силой короля склонится.

— Но его разум? Кто он сейчас? Зверь или человек? — с любовью заглядывая в смышлёныеглазенки Тима, расспрашивала Ярмилка.

— Точно не знаю. Но вроде бы, пока дети маленькие их разум отделен от разума волка, так как тот взрослеет быстрее, и только когда человек достигает совершеннолетия у них происходит настоящее совмещение. И тогда уже оборотни не просто чувствуют своего зверя, а могут с ним общаться.

— Ты думаешь, он понимает нас? — спросила Ярмилка.

— Да, конечно понимает… Но, скорее всего, как зверь.