Дотронуться до сердца - Дина Артёмкина Страница 40

По правде говоря, Милена не понимала, в чем будет заключаться ее помощь. Показать, где гримерка и туалет? Так они вчера все видели. Но нужно, значит нужно. К тому же любопытно было увидеть прогон чужого спектакля. Ей самой предстояла последняя репетиция с Вероничкой.

— Как думаете, стоит мне участвовать?.. – начала Милена, но тут в кухню влетел Андрюша.

Он с размаху плюхнулся на свободный стул и завопил:

— Вы что? Без меня едите?

— Нет, что ты! Только чай пьем! – Папа притворно замахал руками.

— Ты так долго спал, Андрейка! – Мама артистично растягивала слова, и Милена подумала, что это ей нужно бы на сцену.

Она наспех доела мюсли и выскользнула из-за стола. Раз с родителями не удалось, нужно с Тасей посоветоваться.

Глава 20

Совершенное свинство

МИЛЕНА надеялась незаметно пройти в каморку, чтобы оставить там рюкзак и куртку, но в вестибюле ее остановила режиссер из Москвы и стала расспрашивать, как сделать маски. Милена пообещала прислать туториал и побежала дальше: время поджимало. Только бы не столкнуться нос к носу с Сашей. После вчерашней прогулки ей не хотелось оказываться с ним наедине. У лестницы Милена наклонилась, чтобы затянуть шнурок, а выпрямившись, замерла: со второго этажа спускался Федор. Во рту пересохло. Зачем Анжела позвала ее, если он на месте? И как ей быть? Рассказать про Сашу? Хотя рассказывать вроде нечего.

— Привет! – Федор остановился на той же ступеньке. – Ты куда вчера пропала?

— Когда?

— После перформанса. Я пришел в парк, а тебя уже нет.

— А чего не набрал меня?

— Так я твоей маме сказал, что сгоняю домой и вернусь. Зоя ключи забыла, в квартиру попасть не могла.

— А я с мамой не виделась…

— А… – Федор опустил глаза. Вид у него сделался виноватый. – Мил, слушай, я вчера не сказал про сценографию… То есть, наоборот, сказал, но не то. Сам не знаю, что на меня нашло. Кажется, я тебе позавидовал.

— Позавидовал? Мне?

Федор не ответил. Милена смотрела на него так, будто видела впервые. Каштановые волосы спутались у виска, на щеках пробивается щетина. Только глаза у этого Федора прежние – золотисто-карие, ласковые.

— Прости, сегодня обязательно скажу всем.

— Да ладно тебе… – Милена взяла его за руку. – Пусть будет командная работа, какая разница?

— Доброе утро! – за спиной Милены раздался Сашин голос. – Федор, это совершенное свинство – скрывать, что твоя девушка потрясающий художник. Милен, привет!

Рука Федора мгновенно стала жесткой и выскользнула из ладони Милены.

— А с твоей стороны, Александр, совершенное свинство опаздывать на репетицию.

— Я не опаздываю. «Старый дом» на месте. Нам только ширмы нужны.

— Ширмы за сценой. – Федор спустился на первый этаж.

Милена медленно двинулась за ним. Мысленно она уговаривала Сашу не вспоминать про вчерашнюю прогулку. Но, похоже, телепат из нее так себе.

— Слушай, я погуглил эту надпись! «Кто мы, откуда, куда мы идем?» Это, оказывается, ваш Тимофей Радя!

— А-а. Я и забыла, – пробормотала Милена.

Что сказать, чтобы Саша остановился? Но было поздно.

— Вы на Плотинке были? – повернулся к ним Федор.

В глазах метались колючие искры.

— У Ельцин-центра, – ответил Саша.

— Ясно. – Федор открыл дверь в коридор, ведущий за кулисы. Там со вчерашнего дня хранились ширмы стародомовцев. – Саш, идем!