Развод в 45. Любовь генерала - Полина Измайлова Страница 42

Сперва она мне понравилась, своим напором, смелостью, теперь думаю — ничего себе! Мой мальчик ее защитил — а он для нее придурок?

К тому же привлечь на себя внимание сразу трех парней, да так, чтобы они голову потеряли и напали на генеральскую дочь… Что-то тут нечисто. Порывает сказать что-то в защиту сына, но тут в целом нужно разобраться, что произошло.

— Они… они давно до меня докапывались.

— Докапывались? И чего ты молчала, а? — берет слово генерал, а его дочь тушуется.

— Я… ну…

— Что — ну? Баранки гну! Надо было сразу прийти и сказать. Я тебя чему учил, дочь? Тайное всегда становится явным. А теперь… Невинный человек из-за тебя пострадать может! Ты же знаешь правила!

— Просто… Я… Я не хотела, чтобы ты знал. Об этих. О том, что они. А Демид… он… Я не думала, что всё дракой закончится и что у Демида будут такие проблемы.

— Ты прекрасно знаешь правила. Он сержант, он на службе, здесь любое правонарушение строго наказывают, это не “гражданка”, где можно на тормозах спустить.

— Пап, ну… я виновата, да, мне стыдно…

— Стыдно — когда видно, Ульяна!! Садись, рассказывай всё по порядку. Что у тебя тут за дела такие.

Она закусывает губу, плюхается на стул, дышит тяжело, покраснела.

Генерал внимательно слушает дочь.

Оказывается, живет она тут с ним не так давно, это я понимаю из рассказа. Как приехала, эти парни начали оказывать знаки внимания. Она их игнорировала. Как-то получилось так, что Демид выполнял поручение и был в городке, недалеко от Дома культуры, где Ульяна с подругой занимались фитнесом. К ней как раз там парни пристали. Демид их отпугнул. Они познакомились.

— Он мне сказал, что надо от них подальше держаться, так я и держалась! Ну, потом еще пару раз так получалось, что мы… в общем, пересекались с Демидом, как будто… он меня защищал, что ли…

— Он разве не в казарме живет? Не в военной части? Я ничего не понимаю, — спрашиваю я, глядя на генерала, который хмурится.

— Демид служит при штабе, тут… В общем, ты же не хотела, чтобы он бросал учебу? Ну, я нашел ему занятие по его специальности, он помогал. Это не значит, что он свободно по городу гуляет, но некоторые послабления у него есть. Были… Сейчас вот не знаю, как дальше пойдет. Если это дело предадут огласке.

— Предадут, не сомневайтесь, Олег Янович, — снова возмущаюсь я. — Мой сын, оказывается, у вас тут непонятно чем занимается, да еще и дерется!

— Если бы не Демид, то я… они бы меня… В общем… Пап, это я виновата, мне нельзя было изначально молчать. Они ведь… Эти придурки не только ко мне приставали! Они пол городка кошмарят! И прикрываются своими папашами.

— И почему я только сейчас об этом узнаю? — грозно рычит генерал.

— Может, потому, что хреново свои обязанности выполняете? — не выдерживая, ляпаю я.

— Что? — он смотрит на меня, а его дочурка с места вскакивает.

— Неправда! Папа отлично всё выполняет! Он… он… его тут все любят и хвалят! И вообще…

— Если он такой офигенный, почему же на его дочь какие-то мажоры нападают? — задаю я логичный вопрос, который меня мучает.

— Они… они просто не знали, что я папина, я… Я не говорила.

— Стыдишься отца? — Я не знаю, зачем я это спрашиваю, смотрю на Зимина, который мрачнее тучи.

А девчонка бросается к нему, обнимает за талию, прижимаясь.

— Я горжусь папой! Он самый-самый! Я… просто не хотела, чтобы он… он стыдился.