Я – твое сердце - Валентина Торкья Страница 44

— Как ты? – спрашивает он, внимательно изучая меня глазами, цвет которых я так и не смогла определить.

Ненавижу, когда люди на меня так смотрят. С жалостью и беспокойством. Как будто я умру с минуты на минуту прямо у них на глазах.

Мне бы очень хотелось, чтобы Блю не смотрел на меня так. Но он смотрит.

Блю все знает. Он знает о трансплантации, хотя я никогда ему об этом не говорила. Это, конечно, работа его бабушки. Розововолосая старушка Винкс очень любит поболтать.

Я выдерживаю его взгляд и говорю:

— Лучше, чем когда-либо.

Что, в общем, сущая правда.

Мирт прыгает вокруг нас с таким энтузиазмом, будто мы идем на фестиваль сосисок. Когда я наклоняюсь, чтобы поздороваться, он ласкает мне лицо влажным языком.

— Ты знаешь, что он ни с кем больше так себя не ведет? – говорит Блю, протягивая мне поводок. – Я несколько месяцев потратил, чтобы он ко мне привык. Не могу дождаться, когда бабушка поправится и Мирт снова будет только ее собачкой.

Я замираю в нерешительности.

Я не люблю собак. Но у Мирта такие глаза. Карие, похожие на два шоколадных озера.

Блю наматывает поводок мне на запястье. Я вздрагиваю, но не одергиваю руку. Его пальцы касаются моей кожи. Они немного шершавые, но это даже приятно.

— Не хочешь пройтись по магазинам? – говорит он.

— Я думала, тебе нужен адреналин.

— Все зависит от того, насколько ты ловкая, – отвечает Блю, подмигивая.

Что за ерунда?

Блю идет к дверям, и я не успеваю ничего спросить. Тем лучше, не хочу показаться дурочкой. Кажется, он и так смотрит на меня как на малолетку.

Мы проходим через стеклянные двери, и нас встречает приятная прохлада. Да здравствует кондиционер! Гудбай, глобальное потепление.

Кажется, я была в CityLife один раз. Может, два. Мне он никогда особо не нравился. Какая-то странная смесь дорогих брендов и магазинов, доступных последнему бедняку. Идеальная иллюстрация нашего общества, основанного на социальном неравенстве.

Мы лениво движемся по центральному коридору, нерешительно поглядывая на Calvin Klein, Tommy Hilfiger, Apple и другие магазины, к которым мне с моим тощим кошельком не стоит даже приближаться.

Мирт торопливо перебирает лапами рядом со мной.

— Куда ты хочешь пойти? – спрашиваю я, когда мы проходим мимо магазина Tiger, единственного, который кажется мне более или менее доступным.

— Не знаю пока, – отвечает Блю, сканируя глазами витрины. – Скажем так, я изучаю охотничьи угодья.

Он достает телефон и снимает все, что нас окружает.

Я захожу на его страницу и вижу, что он выложил видео. С опросом:

«Куда нам зайти? Выберите магазин!»

Он это серьезно?

— Я считала тебя немного более самостоятельным, – говорю я с ухмылкой. – Твои подписчики и одежду тебе выбирают? Может, они ее и покупают?

— А кто говорил, что кто-то будет что-то покупать? – отвечает Блю, просматривая результат опроса.

Решение принято почти единогласно: Tiger.

Блю берет меня за руку и тянет за собой к витрине магазина, забитой бесполезными и очаровательными вещами.

У него твердая, теплая и надежная рука. У меня потная и скользкая ладонь. Но Блю, похоже, этого не замечает.

Мы заходим внутрь.

Блю берет тележку, и мы идем по спиральной дорожке, огибающей полки. Так как сейчас лето, вокруг нас все завалено самыми нелепыми предметами разных оттенков оранжевого, зеленого и синего: солнцезащитные очки, свечи, альбомы для рисования, наклейки на стены, акварельные краски, гигантские колоды карт, надувные мячи, пляжные тапочки в виде дельфинов и даже удочка с маленькой пластиковой ванной, чтобы рыбачить, сидя на унитазе.