Развод с генералом. Моя жизнь без приказов - Виолетта Весна Страница 44

— Юридически верно, эмоционально уклончиво.

— Я уверена. Если мы отменим развод из-за одного хорошего дня и одного поцелуя, старый брак снова станет наградой за минимальное изменение. Я не хочу каждый следующий спор встречать угрозой уйти.

— Тогда назначу подачу. И еще: покупатели дома предложили цену ниже оценки на семь процентов.

— Передай Герману, что я не согласна.

— Передам его адвокату. Мы все еще разводимся чисто, помнишь?

— Помню.

После звонка я внесла дату в календарь. Удивительно, но ясность не испортила воспоминание о поцелуе. Наоборот. Я хотела Германа, не используя желание как повод отказаться от собственного решения.

Утром Нина встретила меня у бюро с телефоном.

— Это пришло на общий адрес ночью.

На экране было письмо без подписи. К нему прикрепили фотографию: я стояла в закрытой зоне «Берега» рядом с Германом во время ночного теста. Снимок сделали из технического коридора, куда имели доступ только сотрудники и подрядчики.

Текст состоял из двух предложений: «Сколько стоит получить государственный проект через постель генерала? Спросите у независимого архитектора Данилевской».

— Не отвечай, — сказала я. — Сохрани оригинал и заголовки письма. Передай безопасности через официальный канал.

Нина кивнула.

Я увеличила фотографию. На заднем плане отражался человек в стекле двери. Лица не было видно, только рабочая куртка и телефон.

Письмо было мерзким. Но важнее другое: кто-то находился в закрытом коридоре и снимал нас без разрешения.

Через десять минут служба безопасности открыла проверку. А еще через пять Герман узнал о фотографии.

ГЛАВА 14. ПОД ЗАЩИТОЙ БЕЗ СОГЛАСИЯ

Герман позвонил в восемь сорок две.

— Где ты?

— В бюро.

— Сегодня на объект не езжай.

Не просьба. Не вопрос.

— Почему?

— Пока не установим, кто сделал снимок и как попал в закрытую зону.

— У меня приемка звукоизоляции в одиннадцать.

— Перенеси.

— Нет. Я еду по графику. Какие меры безопасности вы предлагаете?

— Я уже предложил.

— Запретить мне работать — не мера.

— Это сорок восемь часов. Проверку проведет твоя команда.

— Решение о замене руководителя принимает Юлия, а не ты.

— Кира, фотограф имел доступ в служебную зону. Мы не знаем его цель.

— Текст письма — дискредитация. Прямой угрозы нет.

— Прямой угрозы пока нет.

Его голос становился спокойнее с каждой фразой. Так Герман говорил, когда считал угрозу серьезной; за пятнадцать лет я научилась узнавать этот тон раньше окружающих.

— Я согласна на сопровождение, отдельный вход и проверку списка сотрудников, — сказала я. — Не согласна отменять работу.

— Обсудим после доклада безопасности.

— Обсудим сейчас.

— У меня совещание через минуту.

— Тогда не принимай решение до разговора.

Он помолчал.

— Я перезвоню.

Связь закончилась.

Я переслала письмо Софье и Юлии. Софья ответила: «Документировать. Не спорить в мессенджере». Юлия подтвердила приемку и пообещала выяснить позицию безопасности.

В десять я выехала с Ниной. Мы договорились, что она останется рядом весь день. Служебную машину я не просила, маршрут никому не сообщала, кроме Юлии.

На проходной мой пропуск загорелся красным.

Охранник проверил экран и попросил приложить карту снова. Результат не изменился.

— Доступ временно приостановлен, — сказал он.

— Кем?

Он повернул монитор так, чтобы я увидела строку: «Распоряжение руководителя управления. Срок — 48 часов. Основание — проверка угрозы».