Дом на берегу счастья - Фиона О’Брайан Страница 45

Затем она смерила Труф испытующим взглядом. Казалось, она не горела желанием впускать ее в квартиру.

На мгновение Труф заколебалась. Она задумалась, кого же ей напоминает эта женщина, а затем едва не усмехнулась, когда ее осенило: она же просто вылитая Бэби Джейн Хадсон, да такая, что Бетт Дейвис и рядом не валялась [9].

— Мора? – позвал другой женский голос. – Что ты там делаешь? Где моя внучка?

— Пойдемте, – сказала Мора, делая знак идти за ней.

Труф проследовала за Морой по небольшому коридору в роскошно убранную гостиную. Там сидела в кресле очень красивая (иначе и не скажешь) пожилая женщина с платиново-светлыми волосами, перехваченными красной головной повязкой. Она с интересом разглядывала Труф.

— Дайте угадаю, – усмехнулась Труф. – Вы, должно быть, и есть бабушка Эвелин. – Она наклонилась и поцеловала ее в щеку. – Мы с вами так давно не виделись.

— Да, так и есть. – Казалось, Эвелин была в восторге. – А это так, неприятное дополнение, – помахала она костылем.

Труф выпуталась из рюкзака и бросила его на пол:

— Я как раз говорила Море, как мы все ей благодарны за то, что она в ваше отсутствие присматривала за квартирой. Кстати, вам привет от мамы.

— Это очень любезно с ее стороны. Мне не терпится узнать все новости, – сказала Эвелин и добавила, обращаясь к Море, которая все еще стояла рядом и слушала: – Что ж, больше мы не будем отнимать у тебя время, Мора. – Несмотря на шутливый тон, ее слова прозвучали твердо. Затем она снова повернулась к Труф: – Мора была так добра, что осталась здесь, чтобы впустить тебя. Что ж, вот и ты… – Она опять многозначительно посмотрела на Мору, которая, как зачарованная, глядела на Труф и, казалось, не желала трогаться с места. – И не забудь закрыть дверь. – Эвелин кивком указала ей на выход.

Труф с интересом наблюдала за этой сценой.

— Что ж, – сказала Мора и с явной неохотой направилась к выходу, – позовите меня, если вам что-нибудь понадобится.

— Спасибо, Мора.

Когда дверь за Морой захлопнулась, Эвелин закатила глаза.

— Странная женщина, – проворчала она и откинулась на спинку кресла. – Как-нибудь потом я тебе все расскажу. А пока, может быть, ты хочешь кофе или чаю?

— Я только что пила кофе. Если хотите, могу сделать чашечку для вас.

— Спасибо, не хочу. Садись сюда. Я желаю узнать о тебе все. До мельчайших подробностей.

Труф плюхнулась на диван:

— Мне очень нравится ваша комната.

— А мне очень нравится, – бабушка указала на ее дизайнерскую сумку из мягкой кожи, – вот это произведение искусства. Готова спорить, оно влетело тебе в копеечку. Но на качестве экономить нельзя, а эта вещь отлично смотрится.

— Я много работаю и могу позволить себе красивые вещи.

Труф решила, что Эвелин ей нравится. Поведение бабушки и обстановка в ее квартире ясно давали понять, что Эвелин – женщина с хорошим вкусом и обо всем имеет свое мнение.

Эвелин наклонилась вперед и стала пристально вглядываться в лицо внучки:

— Я думала, ты больше похожа на свою мать, но…

— Мне кажется, я больше похожа на отца.

— А тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты – вылитая я в молодости?

— Правда? – Труф удивленно подняла брови. Это известие стало для нее неожиданностью. – Что ж, лестно слышать.

— Взгляни, если не веришь, – улыбнулась Эвелин, указывая на стол, где лежали ее фотографии в разных гламурных нарядах, сделанные в шестидесятых – семидесятых годах прошлого века.