Не надо боли - Лина Коваль Страница 45

Момент больше похожий на вспышку. На новое безумие, новую главу. Ренат зачарованно смотрит мне в лицо, опускает взгляд на вздымающуюся от затрудненного дыхания, обнаженную грудь, живот, а я вздрагиваю, ощущая между ног уже знакомый неистовый жар.

Замечаю, что Ренат снова возбужден. Штаны слишком тонкие, чтобы это можно было скрыть.

— Я… — шепчу смущаясь.

Он смутно ругается, убирая от меня руки, резко поднимается и выходит. Возвращается быстро, с двумя черными футболками. Одну вручает мне, вторую надевает на себя.

— Теперь рассказывай, что произошло?.. Если это какие-то твои игры, сразу предупреждаю…

— Я обманула, — громко перебиваю его.

— В чем именно?

Чувствую легкое опьянение, в груди все еще печет от крепкого алкоголя, но это не самое страшное. Язык словно развязывается. Может, он подсыпал мне что-то? Их с отцом шпионские штучки. Вряд ли, конечно.

Слова выходят бурным потоком… Фразы, предложения, перемешивающиеся со всхлипами и дыханием:

— Я обманула. У меня не месячные. И никого не было до сегодняшнего дня. Я была девственницей…

— Девственницей? — как-то странно тихо переспрашивает Ренат.

Он хмурится и смотрит на меня в упор. Взгляд-скальпель режет. Цепкий, проникающий глубоко внутрь и препарирующий мои нервы.

— Да… Я хотела… Да блин, — запрокидываю голову, натягивая футболку на колени. — Ты мне… мм… понравился, и я подумала: было бы неплохо… Если это будет с тобой.

Срываюсь в слезы. Тону в чувстве стыда.

Снова смотрю на него. Широкие скулы будто бы заостряются, крылья носа раздуваются, а губы сжимаются. В остальном — на лице бездушная, бледная маска.

— Но я не думала, что мне будет так плохо. Не думала, что будет так мерзко от того, как я себя вела и что говорила… Сейчас я чувствую себя шлюхой. Грязной себя чувствую. Как я могла это знать заранее?..

Напряжение в воздухе заставляет меня замолчать.

Обняв плечи, опускаю глаза и трясусь, словно подтаявшее желе. Ожидаю чего угодно. Что Аскеров заорет, выставит меня за дверь, будет насмехаться, но он проезжается рукой по волосам, стремительно отворачивается и берет вторую хрустальную рюмку с полки.

Слышу, как наливает коньяк, раскрутив крышку на бутылке.

Пьет.

Затем наполняет еще одну, сразу же опрокидывая ее в себя.

Вздрагиваю от резкого звона стекла о поверхность каменной столешницы.

Поражаюсь. Ровная линия массивных плеч напряжена, а его тело врастает в пол каменной глыбой, хоть замедленные движения и выглядят плавными.

Разумеется, самообладания ему не занимать.

Я же не сдерживаю очередной прерывистый эмоциональный вздох, на который Ренат оборачивается и сухо произносит:

— Иди спать, Эмилия. Поговорим утром.

— Мне надо домой, — слабо возражаю. — Отец может…

— Он звонил десять минут назад. Случилось непредвиденное, по инструкции Давиду пришлось срочно вернуться на объект.

— Но…

Вспоминаю, что отключила телефон, чтобы парни не звонили из клуба, и от горечи морщусь, осознав, что для отца всегда будет важнее работа. Уехал из Москвы, даже не попрощался.

— Хорошо, я останусь, — соглашаюсь.

Ренат выключает свет и следует за мной в спальню. По тому, что наблюдает за мной с порога, понимаю: ночевать здесь не планирует.

— Можно попросить тебя не оставлять меня одну? — жалобно спрашиваю, устраиваясь под одеялом. Окровавленного покрывала больше нет. — Я не очень люблю незнакомые места.