Московский вальс - Мария Метлицкая Страница 46

— Ты к нам? – удивилась Алена. – Вроде уже прощались…

Он растерялся.

— Ну, извини, просто хотел…

Вздохнув, Алена кивнула на торт, который Матей неловко прятал за спину.

— Торт нам предназначался?

Краснея, он молча кивнул и протянул ей коробку.

— Иди в комнату, – махнула рукой Алена, – там открыто. А я на кухню. Поставлю чайник.

— Нет-нет! – испугался Матей. – Я тороплюсь! Времени совсем мало, прости! Просто купил торт, чтобы вы попили чаю, ты же любишь трюфельный, да?

Трюфельный! Нежный, пропитанный чем-то вкуснейшим, – говорили, что коньяком, – щедро посыпанный мелкой, как пыль, шоколадной крошкой…

Как он узнал? Может, заметил на чаепитии в землячестве?.. Ну да, откуда же еще? Алена не помнила, был ли там трюфельный торт, но если был – как Матей мог обратить внимание, запомнить?

— Как знаешь, – пожала она плечами. – Передумаешь – оставайся.

И, размахивая пустым чайником, с гордо вскинутой головой, Алена пошла на кухню.

Когда она вернулась, Матея в комнате не было. Зато был нарезан торт, и Маринка, глядя в окно, черпала куски столовой ложкой.

Маринка подняла на Алену глаза.

— Присаживайся. Очень вкусно.

В голосе сквозила задумчивость, во взгляде размышление.

Алена разлила чай, села на табуретку и взяла кусок торта. Прожевала восхитительную мякоть и промычала:

— М-м-м!..

Марина уставилась на нее.

— Вкусно тебе?

Алена кивнула.

— Ага.

— Вот тогда задумайся, милая. С кем будет сладко, а с кем горько. Это, как понимаешь, про жизнь – не про тортик.

Прожевала, облизнулась и прибавила:

— Хороший парень этот Матей. Воспитанный, симпатичный. Внимательный. Ты же не дурочка, понимаешь, что нравишься ему. К тому же – твоего роду-племени, как у нас говорят. А это важно, это самое главное…

— Племени? – не поняла Алена.

Марина кивнула.

— Племени, да. Одна культура, одни традиции, одни обычаи. И это – ох, как немало!

Алена нервно рассмеялась.

— Да перестань! Ты хочешь сказать, что люди одной национальности и культуры никогда не разводятся? Если оба любят щи, смотрят одни и те же фильмы, говорят на одном языке и поют одни и те же песни? Русские не разводятся, чехи, словаки, поляки, грузины, англичане?

— Конечно, разводятся, – согласилась Марина. – Но общий язык и понимание им найти гораздо проще. Это же аксиома, Ален!

Алена медленно облизнула ложку и положила ее на стол.

— Аксиома, Мариша, – это то, что надо жить с тем, кого любишь. А не подсчитывать выгоду от традиций и вкусовых предпочтений.

Марина развела руками:

— Ну, значит, у нас с тобой разные представления о жизни.

Скоро легли, но обе знали, что не спят, ворочаются и вздыхают, думают… Каждая о своем. В который раз Алена подумала о скрытности самой близкой подруги: про нее, Алену, Маринка знает почти все. А про себя ничего не рассказывает…

А ведь бегает на свидания – не часто, но бегает. Но всегда говорит одну фразу: «Я по делам». По каким таким делам, если накрасилась, причесалась и приоделась? Может, ищет работу? Марина всегда подрабатывала – то мыла полы в гастрономе и общежитии, то сторожила ночной детский садик, то разносила по утрам телеграммы… Деньги зарабатывала небольшие, но часть всегда отсылала матери. Косметику покупала дешевую, тряпки, как правило, поношенные, общажные, но выглядела при этом шикарно: еще бы, такие внешние данные!