Няня для мажора - Кира Хо Страница 47

И снова, на моё удивление, никто с ним не спорил.

Демид быстрым шагом отправился переодеваться, а я так же быстро побежала вниз.

Встретила его, как и прежде, у выхода. На его лице снова играет улыбка, только кулаки разбиты в кровь. И я уверена, что этого не было, когда мы приехали.

— Романов, что это? — указываю подбородком на его руки.

— Руки, — усмехаясь, отвечает он.

— Я в курсе, что не ноги, — чуть не топнула от негодования.

— Ты, конечно, работаешь на отца в качестве моей няни, — он подходит опасно близко и наклоняется к моему лицу, — но не надо из себя её строить. Окей?

Ну вот. Теперь я узнаю того самого засранца, что бесил меня в самом начале. Даже улыбнулась от того, насколько привычно это звучало.

Глава 6. Исключение из правил

Демид

Пожалуй, самым сложным оказалось не трогать Стасю всю оставшуюся неделю до выходных.

Я видел, что что-то произошло, и даже слышал, что это касается ее отца, но она так и не рассказала, в чем же все-таки дело. Но что меня реально удивило — то, что цербер так быстро переключился с этой новости на все остальное.

А еще я так и не рассказал ей, из-за чего подрался с Лехой на площадке. До сих пор при воспоминании о его словах подкидывает.

— Можешь взять ее после меня, естественно, — оскалился Француз тогда мне в лицо, — все равно она уже истоптана, как портовая шлюха.

Естественно, я ему всек.

А потом еще стену помял, чтобы выйти в более-менее адекватном состоянии.

Смотрю на время. Почти обед, а сегодня суббота — значит, Стася за домашкой. Натягиваю джинсы и белую футболку и уже по привычной траектории иду в комнату няньки и открываю. Точнее, пытаюсь. Она закрыта на ключ!

— Церберенок, — стучусь и повышаю голос, — если ты не откроешь, то я выломаю ее.

Будто специально мимо проходит Рома. Весь при параде, как обычно, в черном и идет в сторону выхода.

— Вы когда-нибудь перестанете гавкаться? — усмехается брат.

— А ты куда яйца намылил? — спрашиваю, оборачиваясь к нему. — У нас сегодня мероприятие, если ты не забыл.

— Мы будем, — кивает.

— Мы? — приподнимаю бровь.

— Заткнись, — фыркает Арт и уходит к лестнице.

Как раз в этот момент открывается дверь, и Стася смотрит на меня, чуть надув губы, с поднятой бровью и сложив руки на груди.

Невольно осмотрел ее. Стоит в широкой футболке и таких же широких домашних штанах. Она перестала носить свои шелковые пижамы. Нахмурился.

— А где Микки Маус? — спрашиваю таким тоном, будто он мне денег должен.

— Ждет лучших времен.

— Это когда я захочу его снять? — довольно улыбаюсь.

Нянька закатывает глаза.

— Это когда я наконец уеду из этого дома.

Подхожу ближе, так, чтобы ей пришлось запрокинуть голову, открывая моему виду тонкую шею, и так, чтобы немного наклониться к ней: хочу почувствовать запах персика.

— Если для того, чтобы ты осталась, мне нужно вести себя отвратительно, то я буду очень плохим мальчиком, — шепчу ей в ухо, а затем отодвигаюсь, чтобы увидеть, как вспыхивает веснушчатое лицо и мурашки бегут по шее вниз. Туда, куда мне доступ закрыт.

— Козел, — Стася шлепает меня по груди, а затем, видимо, осознает, что сделала, и ее глаза становятся круглыми и большими.

А я довольно улыбаюсь и подхожу ближе, в то время как она делает короткие шаги назад, не осознавая, что сама себя загоняет в угол. А точнее — в комнату.