Чудо для мужчины с принцессой - Ольга Корк Страница 47

Костя усмехнулся, но ничего не сказал.

Мы заехали в магазин, и я снова провалилась в свою стихию. Краски, кисти, валики, плёнка, скотч — я таскала всё это в тележку, объясняла на ходу, зачем то и это, а Костя шёл следом и слушал. Не перебивал, не задавал лишних вопросов. Просто слушал.

В отделе с красками я остановилась у стеллажа с цветовой выкраской. Долго смотрела на баночки, перебирала в голове оттенки.

— Сомневаешься? — спросил Костя, видя, что наш вояж по магазину стопорнулся.

— Нет, думаю. Замок должен быть сказочным, но не аляповатым. Чтоб и красиво, и не надоело через месяц.

— Ты разбираешься. — Костя, чуть прищурившись, посмотрел на меня, как будто узнал что-то новое.

А я едва не фыркнула, правда сдержалась и лишь плечами пожала.

— Работа такая.

Он взял с полки баночку «Утреннего леса», покрутил в руках.

— Этот подойдёт?

— Для фона — да. Если смешать с белым, будет туман.

— А для башен?

— Лучше всего тёплые тона. Охра, терракот, может, чуть розового — для принцессы.

Костя кивнул и положил банку в тележку. Потом посмотрел на меня внимательно, изучающе.

— Ты же не из-за денег так долго перебираешь цвета? В смысле, не из-за того, что они дорогие?

Я замялась. Да и из-за суммы тоже. Материалы никогда не были дешёвым удовольствием. Тем более фреска будет в детской, а значит важно обойтись без лишних запахов и токсинов, а ещё нужны краски, которые будут быстро сохнуть. Много нюансов, и каждый из них добавляет стоимость. Но, откинув сомнения, я назвала сумму. В конце концов, не моё это дело считать чужие деньги, пусть сам принимает решение. Но Константин даже не поморщился.

— Нормально. Но там же будет ещё работа, правильно? Ты не переживай, всю работу оплатим.

Я замялась. Мы подошли к главному.

— Кость, — растерянно почесала кончик носа, прежде чем продолжить. От чего-то стало неловко. — За материалы платишь ты, это логично. Стена в твоём доме. Но за работу… я не возьму денег.

Он поднял бровь:

— Почему?

— Это подарок. Для Вари. На Новый год.

Костя смотрел на меня долго. Очень долго. Я уже начала жалеть, что сказала, потому что взгляд у него был странный — не злой, не удивлённый, а какой-то растерянный, что ли.

— Ты серьёзно?

— Вполне.

— Это несколько дней работы. Ты теряешь деньги.

— Это мой подарок, — повторила я упрямо. — Хочу, чтоб у неё была эта стена. С замком и драконом. И чтоб Варюшка знала, что это я для неё сделала.

Гордеев молчал. А потом вдруг шагнул ближе — на полшага, совсем чуть-чуть, но я почувствовала.

— Спасибо, — сказал он тихо. — Ты даже не представляешь, как это… спасибо.

И отвернулся к стеллажу, делая вид, что изучает кисти.

А я стояла и пыталась вспомнить, как дышать.

Вечером мы уже стояли в детской спальне перед стеной. Как будто нам кто-то не оставил выбора: «Вот прям щас… Да? Да? Да?»

Варя носилась по детской как угорелая, пока я расстилала плёнку на полу и открывала банки. Костя принёс дополнительный свет — поставил торшер так, чтоб стена была освещена ровно.

— Пап, ты с нами? — Варя ухватила его за руку.

— Я, наверное, буду мешать.

— Будешь помогать! — отрезала дочь. — Чудо, скажи ему!

— Константин Игоревич, — я сделала серьёзное лицо, — наниматель обязан участвовать в творческом процессе. Это по договору.

— Где это в договоре написано? — Костя нахмурился, но я видела, что в глазах его прятались смешинки.