Порочная невинность - Пайпер Рейн Страница 47

Он пристально изучает мое лицо, затем берет меня за подбородок и прижимается губами к моим. Целует меня, как сумасшедший, не утруждая себя фальшивыми признаниями. Да и зачем мне его ложь? Я знаю, что он меня не любит и не тосковал по мне долгие годы. Достаточно того, что он здесь и хочет меня сейчас.

Я обнимаю его. Поцелуи становятся более страстными и требовательными. Антонио ложится на меня сверху. Мои ноги раздвигаются сами по себе, чтобы он мог устроиться между бедрами, и я выгибаюсь навстречу. Он стонет и отстраняется.

— Ты не передумала?

Я вижу по глазам: если сейчас попрошу остановиться, он уйдет. Я качаю головой:

— Нет, я так решила.

На его лице появляется страдальческое выражение.

— Это ничего не изменит. Я все равно женюсь на Авроре.

По-своему мне даже приятно, что он беспокоится о моих чувствах и не врет, и в то же время – как он посмел произнести ее имя, лежа со мной в постели? Это не женщина, а ядовитая змея, я не позволю ей отравить лучшие мгновения моей жизни.

Когда-нибудь мое отчаяние от невозможности быть с Антонио прорвется наружу и погребет меня под обломками, но я всегда буду ему благодарна. Цена любви – боль потери, и я готова заплатить за краткий миг счастья.

— Знаю.

Антонио кивает и встает. На секунду я впадаю в панику, а потом понимаю: он всего лишь хочет раздеться. Он уже без рубашки, и я вижу, как двигаются мышцы, когда он засовывает руки за пояс брюк.

Я не готова к открывшемуся моему взгляду зрелищу. Оно кажется нереальным. Не то чтобы я никогда не видела обнаженного мужчину, до приезда в кампус у меня был свободный доступ к Интернету, но этот – совершенство. Он напоминает античные статуи, – прошлым летом я ездила с родителями в Италию. За исключением того, что у него между ног – в этом отношении он в десять раз лучше. Впервые за сегодняшний вечер я начинаю нервничать от мысли, что «это» окажется внутри меня.

— Ты боишься? – мягко и заботливо спрашивает Антонио.

— Немного.

— Я обещаю быть нежным, София.

Он опускает руку и проводит ладонью сверху вниз по пенису. Мой страх уступает место возбуждению. Никогда не думала, что такие вещи возбуждают.

— Разденься.

Это приказ, и я немедленно подчиняюсь: снимаю халатик и отбрасываю в сторону.

— Потрогай себя.

Я медлю, и его голос становится тверже.

— Потрогай.

Его слова придают мне уверенности, и я опускаю руку себе между ног, как много раз до этого. Антонио смотрит на меня, облизывая губы и сжимая свой член. Сделав шаг к кровати, он замирает.

— У меня нет с собой презерватива. Я принесу.

Меньше всего я хочу, чтобы он уходил. Вдруг передумает и не вернется?

— Я принимаю таблетки, и у меня больше ни с кем не было…

— Я прошел медосмотр, когда ездил домой на Рождество, и знаю, что у меня нет венерических заболеваний. Я не занимался сексом без презерватива. Решать тебе. Могу сбегать в свою комнату.

Не успевает он договорить, как я мотаю головой.

— Я тебе верю.

Его плечи расслабляются. Подходя к кровати, Антонио смотрит на меня странным взглядом, в котором можно прочесть не только вожделение. Вместо того чтобы лечь прямо на меня, он ложится на бок рядом, и его возбужденный член упирается мне в бедро.

— Что ты делаешь? – спрашиваю я.

Он наклоняется и проводит языком по моей шее.

— Хочу убедиться, что ты готова, чтобы тебе было не так больно.