Развод с генералом. Моя жизнь без приказов - Виолетта Весна Страница 56

— Ты красивая, — сказал Герман.

— Спасибо. Ты тоже хорошо выглядишь.

— «Тоже хорошо» звучит как заключение комиссии.

— Первое свидание, а уже претензии к формулировкам.

— Претензий нет. Только замечание без обязательного устранения.

Нас проводили к столу на небольшой террасе. Я сама выбрала место на сайте, но Герман спросил, удобно ли мне сидеть спиной к двери. Он помнил. Я ответила, что сегодня удобно, и он не переставил стул.

Первые минуты были неловкими. Мы знали друг о друге все бытовое и почти ничего о том, как двое разведенных людей проводят свидание. Герман спросил, можно ли говорить о «Береге».

— Пять минут, — сказала я.

— Первый этаж принят. Поздравляю.

— Ты уже поздравлял на площадке.

— Там как эксперт. Сейчас как мужчина, который знает, сколько ты работала.

— Тогда принимаю второй раз.

— И система письменных распоряжений работает.

— Павел успел доложить.

— Я его уволю.

— Не надо. Он хотя бы честно признается.

Мы закрыли тему проекта и открыли меню. Герман рассказал о новом территориальном управлении. Ему предстояло три недели провести в регионе, затем возвращаться на несколько дней.

— Тебя устраивает? — спросила я.

— Работа сложнее, чем выглядит. Меньше политики, больше реальных подразделений. Да, устраивает. Повышения жаль, но я не ненавижу новую должность только потому, что она стала последствием.

— Ты мог обжаловать перевод?

— Мог. Решил не делать. Не из покаяния. Обжалование заняло бы месяцы и привязало меня к комиссии. Я хочу работать.

— Понимаю.

— А твой новый проект?

Я рассказала о дневном центре, маленьком здании у старого парка. Заказчик хотел сделать его без коридоров, но не понимал, что комнаты все равно нужно соединять. Герман слушал без телефона на столе.

— Тебе не нужен контакт хорошего подрядчика? — спросил он.

Я подняла бровь.

— Шучу.

— Опасная область юмора.

— Учусь.

За ужином мы говорили о книгах, которые прочитали за последние месяцы, о маме, о служебной квартире Германа, где до сих пор не было нормальной сковороды. Я не предлагала купить. Он не спрашивал, какие шторы я повесила.

Когда принесли десерт, Герман стал серьезнее.

— Ты хочешь, чтобы наши встречи пока оставались между нами?

— Не хочу скрываться. Но до официального открытия «Берега» не хочу давать прессе повод обсуждать, вернулась ли я к генералу ради проекта.

— Согласен.

— После открытия тоже не собираюсь делать заявление. Просто не будем врать, если нас увидят.

— Хорошо.

— И еще. Я не готова жить вместе.

— Я не предлагал.

— Знаю. Говорю до того, как вопрос появится.

Герман посмотрел на меня с теплым удивлением.

— Это твоя часть новой системы?

— Да. Я сообщаю заранее, а не после того, как собрала коробки.

— Тогда моя часть: я хочу отношений с тобой. Не тайных встреч и не дружбы бывших супругов. Но не буду считать один ужин согласием на все остальное.

— Подходит.

— Звучит как договор.

— У договоров плохая репутация только у тех, кто их не читает.

Мы вышли после десяти. Летний вечер оставался светлым. Герман предложил пройтись до моего дома. Я согласилась.

У подъезда он остановился.

— Можно тебя поцеловать?

— Можно.

Поцелуй был медленнее первого. Нам некуда было спешить и нечего доказывать. Я положила ладони ему на плечи, он коснулся моей талии. Когда мы отстранились, я не сразу убрала руки.