Принцип неизбежности - Алина Аркади Страница 57

Не успев ответить, удивлённо смотрю на закрывшуюся дверь, а затем на еду, понимая, что это вторая порция, потому что первая размазана по полу. Подкатываю коляску к столику, опускаюсь в кресло и, нанизав на вилку мясо, подношу ко рту женщины. На удивление принимает пищу и основательно жуёт.

— Вкусно… Себе…

Толкает мою руку, и приходится отправить в рот кусочек, демонстративно прожевав, получая одобрительный кивок и немое согласие на продолжение трапезы. Я ела час назад, затем гуляя по территории и остановившись в этой комнате, поэтому поочерёдно жую вместе с женщиной, утоляя проявившийся голод. Она не брыкается, подчиняясь и принимая всё из моих рук. Съедаем второе, салат и делим пирожное, запивая соком. Лепечет нечто несвязное, но чередует «Лёвушку» и «Макарушку». Очевидно, второй невероятно важен для неё. Кто он? Брат, сын, любимый человек?

— Всё, – отставляю тарелки, – вы молодец. Всё съели, – поглаживаю её руку. Холодная на ощупь кожа тут же покрывается мурашками.

— А теперь почитай, – неожиданно вскакивает, бежит к кровати и, запрыгнув, скачет.

Она способна передвигаться самостоятельно, что порождает вопрос – зачем инвалидная коляска?

— Что будем читать?

— Вот…

Протягивает книгу, тычет в неё пальцем, а затем укладывается на кровать, приглашая занять место рядом. Подкладывает ладошки под щёку и с упоением ожидает, когда я начну читать.

— «Маленький принц». – Название на обложке знакомое. Мама читала мне в детстве эту историю, и некоторые куски я помню наизусть. – Начнём?

Получаю одобрение и начинаю сначала, произнося слова размеренно, чётко. Строчку за строчкой рассказываю историю, которая ей нравится. Вспышки эмоций доказывают, что женщина довольна моей компанией и содержанием книги.

Нас прерывают неожиданно, и, завидев в дверях прислугу, моя новая знакомая закрывает лицо подушкой, словно ребёнок, который считает, если он не видит, не видят и его.

— Простите, – шепчет девушка, – а вы не могли бы её искупать? Раз уж она так к вам прониклась.

Моё лицо вытягивается, вероятно, давая ответ на вопрос. Смотрю на ту, что вжалась в меня, схватив руку, и не знаю, что сказать, потому что мыть взрослого человека, да ещё и не совсем в адекватном состоянии, мне не приходилось.

— Я не знаю…

— Мы две недели не можем её искупать: брыкается, кусается, царапается, кричит в голос. – Девушка вытягивает руки, показывая красные широкие ссадины от ногтей и следы зубов. – Иногда даём снотворное, чтобы осуществить все процедуры, но процесс этот нелёгкий.

— Я попробую, – произношу неуверенно.

— Там ванная, – кивком указывает на дверь, – полотенца, шампунь, мыло. Главное, уговорите её залезть в ванну самостоятельно.

Она снова и снова повторяет «её», будто нет имени у той, что создаёт прислуге проблемы.

— Как её зовут?

— Элина Владимировна.

Девушка исчезает, переложив на меня заботу о женщине, которая до сих пор прячется. Приподнимаю край подушки, оказавшись с ней лицом к лицу, уловив неприятный запах. Вероятно, свеча с кориандром служит для того, чтобы забить аромат немытого тела. На удивление, я даже не кривлюсь. С появлением Сони именно мне выпадала честь сменить памперс и купать вертлявую сестру, пока мама пропадала в кондитерской или на съёмках шоу.

— Эля? – зову негромко, привлекая внимание. – Пойдём купаться? Наберём ванну, сделаем пену, которую можно сдувать, – подставляю ладошку, показывая, как правильно свернуть губы, чтобы мыльные хлопья разлетались по ванной. – Будет весело.