Я – твое сердце - Валентина Торкья Страница 59

В коридоре горят только лампочки сигнализации – голубые шарики, из-за которых отделение кардиологии напоминает огромный аквариум, а мы с Джакомо – двуногих рыб.

Я задерживаю дыхание, как будто и в самом деле двигаюсь под водой, и мы медленно идем вперед. К счастью, колеса тележки бесшумно скользят по гладкому полу.

Вокруг не слышно ничего, кроме приглушенных голосов Стефи и Ирис. Конечно, это она позвонила в звонок, выдумав какую-нибудь боль в животе или что-нибудь еще, чтобы дать нам пройти.

Когда мы подходим к двери в палату Ирис и старушки Винкс, мне кажется, что у меня сердце разорвется от страха. Если Стефи сейчас нас застукает… Лучше об этом не думать.

Я слегка сжимаю плечо Джакомо. Он хмурится. Надо поскорее подключить к розетке его тележку. Ее зарядки хватает всего на пятнадцать минут. Ох, неправильно все это. Может, отвести его обратно в палату и отказаться от побега?

Температура воздуха в больнице всегда поддерживается на уровне двадцати градусов, но я потею, как посреди лета в Токио.

Я не готовлю с парнями, у которых есть девушка.

Слова Ирис не выходят у меня из головы.

Джакомо смотрит на меня, улыбаясь до ушей, и я только сейчас замечаю, что у него нет переднего молочного зуба.

Я улыбаюсь ему в ответ. Вперед, говорим мы друг другу глазами.

Я подбородком показываю на металлический выступ на тележке в паре сантиметров от пола. Джакомо сразу все понимает и взбирается на него ногами, крепко держась за ручки.

Я делаю глубокий вдох, закрываю глаза и толкаю вперед эту дуру на колесах вместе с прижавшимся к ней Джакомо. Мы несемся во всю прыть, проезжая прямо перед распахнутой дверью в палату Ирис.

Сквозь закрытые веки я чувствую справа от себя свет, слышу голоса Ирис и Стефи. Кажется, Винкс тоже проснулась.

Остановившись, чтобы отдышаться, я оборачиваюсь и вижу позади себя только пустой коридор.

Пронесло.

Джакомо хихикает, но тут же прикрывает рот руками.

Мы быстро движемся к двойным дверям с антипаникой, отделяющим палаты от лифта.

Определенно, это ночное бегство уже стоило мне кучу лишних ударов сердца и сильно укоротило мою жизнь.

И не только из-за волнения.

В первый раз я без разрешения покинул палату посреди ночи около четырех лет назад. Сам бы я в жизни на такое не пошел – это Бьянка сподвигла меня наплевать на правила. Уже и не вспомню, сколько раз мы сбегали тайком, тихонько проскальзывая под постом медсестер, пока никто не видит, и выбирались на террасу верхнего этажа или в спортзал.

Или в буфет на третьем этаже, чтобы украсть пару мягких и вкусных фисташковых маффинов.

Ночные налеты на этот буфет стали нашей особой гордостью. Своеобразной торговой маркой.

Поэтому теперь у меня такое чувство, будто я предаю Бьянку.

Но ее здесь нет. И когда я вернулся из отделения рентгенологии, ее тоже не было.

Я тихонько вздыхаю и, спрятавшись за колонну у лифтов, смотрю в коридор, из которого мы только что вышли. Джакомо со своей тележкой притаился дальше у стены.

Следующий шаг – дождаться Ирис. Стефи выходит из ее палаты и возвращается к сестринскому посту.

Ирис отвлекла ее, чтобы дать нам выйти. Но кто теперь будет отвлекать Стефи, чтобы Ирис тоже выбралась из отделения?

Ответ приходит мгновенно. В черной ночной рубашке, украшенной спереди огромным черепом, и с длинной розовой косой, заплетенной вокруг головы.