Развод в 42. Верни меня, мой генерал - Элен Блио,Полина Измайлова Страница 60

— Плакать ты будешь только от счастья. Хорошо?

Говорю это, стирая слёзы с её щек, слёзы радости.

И представляю…

Представляю нечто, наверное, почти несбыточное.

Она. Я. Роддом. И малыши. Наши малыши…

Нет, у нас уже есть дети и я их люблю, естественно, люблю, еще почти не зная, люблю безмерно, но…Но я хочу пройти весь этот путь еще раз. Безумно хочу.

Ночь проходит без сна, совершенно волшебно. Моя Лана нежная, прекрасная и… такая чувственная! Я так мечтал дотронуться до неё, прикоснуться, мечтал подарить ей блаженство. Это нечто нереальное. То, что сейчас, между нами. Неповторимое и сказочное.

Утром она краснеет, становится похожей на ту юную студентку, которую так не просто было уговорить сесть в мою машину. Рассказываю ей, что пережил тогда, как старался быть спокойным и невозмутимым и как всё дрожало внутри от её близости. От румянца на её щеках, он её коротких взглядов и улыбки.

Ничего не изменилось.

До сих пор всё это вызывает дрожь.

Лана встаёт, умывается, помогает мне, хотя я прошу позвать санитарку для некоторых вещей. Потом она занимается со мной специальной гимнастикой.

Нас прерывает стук в дверь.

— Принимайте гостей, Соболи! – громогласно заявляет Богданов, и я вижу…

Себя.

Себя только… двадцать лет назад.

Абсолютно.

Так не бывает.

Но это так.

— Отец…

— Сын…

— Отец!

Глава 32

Глава 32

Володя подходит к кровати, на которой сидит его отец, опускается рядом, Соболь обнимает его.

Я знаю, что генералы не плачут.

А вот отцы – очень даже. Особенно, когда находят своих детей.

Я вижу блеск его глаз и мужество, с которым он борется со своей слабостью.

— Отец, ты…ты…

— Сынок, какой ты… вымахал!

— Весь в тебя, пап… я… Чёрт…

Вовка тоже позволяет себе немного наморщить нос, задрать голову, пряча слёзы.

А я их не прячу.

Они текут по щекам свободно.

Но это хорошие слёзы. Это слёзы счастья!

Наконец-то это случилось!

Наконец-то мой Соболь увидел сына.

Наконец мой Вовка может обнять отца.

— Здоровый, чёрт…

— Да ты тоже, батя…

Они отстраняются, смотрят друг на друга, смеются радостно.

— Пока еще не совсем, но буду. Скоро встану.

— Конечно, встанешь! Если мама взялась… Она у нас любого поднимет.

Они похлопывают друг друга по плечам, разглядывают.

— Хорош… Ну, рассказывай, что у вас там стряслось.

— Да, всё в порядке уже, пап. Разобрались.

— Нормально, Сан Сергеич, - рапортует Богданов, - пришлось, конечно, кое-кому объяснить, как и за что надо Родину любить. Но все друг друга поняли.

— Спасибо, мужики, я в долгу не останусь.

— Конечно, не останешься! С тебя сначала поляна, потом свадьба, и подъем на ноги. В любой последовательности. – чуть хмуро отвечает Зверев.

— Поляну, конечно, хотелось бы поскорее.

— Всё будет, ребят, будет…

— Ладно, мы пойдём, надо тебе с сыном поговорить, да? Светлана Владимировна, выйди с нами на минутку?

— Да, конечно.

Я киваю, и вижу, что Саша смотрит немного ревниво.

Подмигиваю ему.

— Всё в порядке, это по работе.

Выхожу, у самой всё дрожит внутри. Надо позвонить Сашеньке, пусть приедет скорее.

— Слушаю, товарищ генерал?

— Что так официально, Свет?

Плечами пожимаю, улыбаясь, а как же еще? Он мой начальник.

— Значит, такое дело. Мы подумали, и я решил, нечего вам тут в госпитале делать.

— В смысле? – честно говоря, шокирована его словами.