В тени эмира. Шрамы на песке 1 - Ирэн Блаватская Страница 60

неделю. Она не интересовала его как женщина… и вообще не интересовала его...

Для народа она все еще оставалась чужой… всего лишь женой эмира, а вернее — его

жалкой тенью, которая не могла даже родить… Никто… Без веса и авторитета, которую не

уважал даже собственный муж, от чего страдало ее болезненное, гипертрофированное

самолюбие. Женщина всерьез задумывалась о том, чтобы попробовать зачать от другого

мужчины в надежде на то, что смена партнера может дать ей ожидаемый результат, но

всякий раз страх останавливал ее…

Искать мужчину, которому могла бы довериться, в чужой для нее стране было слишком

рискованной затеей — она могла потерять всё… вплоть до собственной жизни… Измена

супругу во все века жестоко каралась на Востоке… а если супруг являлся главным,

высшим лицом в стране? Она молча терпела и выжидала...

Когда у эмира появилась новая фаворитка, бейда (араб. «белокожая женщина»),

Аль-Ануд, как всегда, не придала этому значения — ее меньше всего волновали его

наложницы. Но когда счастливая избранница вместо того, чтобы нежиться в постели со

своим господином и наслаждаться всеми благами и щедротами, которые могла получить от

него, сбежала с наследным принцем, она заставила всех обратить на себя внимание и

говорить о себе… И, естественно, притянула к себе пристальное внимание его законной

жены...

Но ее хладнокровный и бесстрастный супруг вместо того, чтобы казнить беглянку,

посмевшую пойти наперекор своему правителю, забросав камнями на центральной площади

перед всем народом, снова вернул ее в свою постель… и снова в том же ранге — в

качестве своей главной женщины...

Эта история получила широкую огласку и вышла далеко за пределы Хафрака… и этим, как

считала Аль-Ануд, эмир на глазах у всего мира унизил ее, свою законную жену, втоптав

ее самолюбие в грязь. Она была далеко не глупой женщиной и понимала, что это не что

иное, как любовь… ее знаменитый супруг влюбился и не считал необходимым скрывать

своих чувств, не избавившись, хотя бы ради приличия, от фаворитки, опозорившей его и

себя… Она чувствовала это, видела на его лице, читала в глазах.

Холод медленно пробирался ей в душу, больно стучало в висках, ей впервые стало

по-настоящему страшно… Его женитьба на скандальной бейде и признание ее главной и

любимой женой эмира Хафрака совсем не за горами… Риск остаться на обочине жизни

отчетливо замаячил перед глазами женщины… Нельзя сидеть сложа руки, надо было срочно

что-то делать… действовать…

Женщина шла по темным коридорам дворца и молила Всевышнего, чтобы никто не

встретился на пути и не узнал ее. Ее личная служанка — единственный человек,

которому она могла довериться, — верой и правдой служила ей уже много лет, и потому,

когда Аль-Ануд выходила замуж и встал вопрос о переезде, та забрала ее с собой.

Служанка продолжала выполнять для своей госпожи некоторые важные поручения. Вот и

сегодня она познакомилась со стражником, чтобы беспрепятственно проникнуть в нужную

ей дверь.

Аль-Ануд стояла за одной из колонн и наблюдала, как служанка подошла к нему и, обняв

за шею, стала страстно целовать, а через несколько минут, крепко прижимаясь к нему,

что-то зашептала ему в ухо, отчего он замлел от удовольствия и, судя по его

плотоядной улыбке, был готов

на все. Стражник внимательно осмотрелся вокруг… прислушался... и, жадно зажимая