Приват для Крутого - Екатерина Ромеро Страница 62

Не могу терпеть, молчать тоже не получается, я стону во весь голос. Оргазм такой сильный, что у меня кружится голова. Все, что могу, – ухватиться за Крутого и уткнуться носом ему в плечо, слыша собственное колотящееся сердце.

– Какая плохая девочка, – усмехается, отпускает, а я только и могу,что хватануть воздуха пульсирующими от поцелуев губами.

– Вы… да вы… да как вы…

Двух слов связать не выходит, все тело просто пылает. Встаю на ноги, а они не держат. И щеки горят, вся как пластилиновая.

Савелий Романович придерживает меня за руку, не давая упасть, пока я стыдливо и предельно быстро натягиваю трусы обратно, поправляю платье.

Боже, он и правда будто лев, дикий зверь, бешеный. Крутой зажал меня и выдрал из меня оргазм просто потому, что сам этого захотел!

– Вы напали на меня… Как самец на самку! – только и выходит выдавить, на что Савелий Романович только усмехается:

– Ты охуительно кончаешь, Даша. Для девственницы вообще шикарно. Буду нападать еще. Все, успокойся. Выйдешь через пять минут.

Киваю, спорить сил нет, он только что убил и воскресил меня обратно. Сажусь на диван, свожу вместе ноги, натертая промежность до сих пор пульсирует, аж горит.

Понимаю одно: если Крутой хочет, он берет. Савелий Романович всегда получает, что пожелает, а я… я растерялась от такого напора, повела себя как доступная девка, но все же мне понравилось.

Более того, мне страшно признаться в этом, но сегодня я впервые представила, как бы это было, если бы Савелий Романович пошел дальше и взял меня как женщину. Я ведь еще даже не видела его без одежды, это он уже меня всю осмотрел, особенно сегодня.

И почему Кира говорила, что я его не выдержу? Пока дважды выдерживала – и ничего, живая, хотя это были просто ласки, а я бы очень хотела понять, каково это – быть с Савелием Романовичем в постели по-настоящему.

А еще вечером от Веры я узнаю, что нет у Киры никакого насморка. Ей сломали обе ноги на следующий день после дня рождения Фари, и я думать не могу о том, что это сделали по приказу Крутого за то, что она насыпала стекла мне в обувь.

Глава 31

– А вы не знаете, где Крутой?

Меня отвлекает детский голосок на входе у клуба. Предо мной стоит мальчик. Лет десять ему, не больше. Худенький, в старенькой куртке и фиолетовой вязаной шапке. Поношенные ботинки, рюкзак. Он хлопает на меня большими синими глазами.

Кто это? Чей ребенок и откуда он знает Крутого?

– Я не знаю, его не было в клубе сегодня.

– Ладно.

Мальчик развернулся и ушел. Проходит еще два дня, и я снова вижу этого ребенка. Он караулит у выхода. Видно, что расстроенный, только я не могу понять почему.

– Привет.

– Здрасьте.

Как раз в этот момент машина подъезжает, выходит Фари. Одет как жених, они всегда носят костюмы преимущественно черного или синего цветов.

– Ты кто, пацан? Чего здесь ошиваешься?

– Я к Крутому.

– Может, сразу к мэру пойдешь?

Мальчик тушуется, а я вижу, как к нам подходит Савелий Романович.

– Проблемы, воробей?

– Нет, тут к вам посетитель. Ждал вас.

– Ко мне? Ну, пошли.

– Савва, заняться нечем? Может, каждого принимать будешь?

– Да ладно, Фари. Входи.

Крутой открывает дверь, пропускает мальчика внутрь. Я вхожу следом, Фари выбрасывает сигарету и тоже входит в клуб.

Оказавшись в помещении, не понимаю: мне с ними идти или нет?

– Пошли. Садись с нами, Даша, – опережает мои мысли Савелий Романович. Тепло ко мне, по-доброму даже. Я прямо чувствую, как с каждым днем меня все больше принимают в круг. Мне доверяют, меня все оберегают, и никакого “волчьего билета” тут нет, как говорил Игорь. Скорее всего, он просто хотел меня напугать.